Аркан молча рассматривал тёмные воды реки. Вниз по течению из Кесарии плыл мусор: тряпки, закопчённые деревяшки, какие-то огрызки и обрывки самых разных видов, и трупы — много трупов. Похоже, там, в столице, с утра пораньше взялись за уборку…

— Варварство — это хватать людей в рабство, заковывать в кандалы и хлестать их плетью, рассекая спину до позвоночника, — проговорил он. — Просто представьте себе: я вернулся домой из университета, искал лошадь в конюшне, а мне дали дубинкой под коленки и утащили в вонючий трюм, сделали рабом. Я — свободный человек, баннерет, у меня — образование, планы на жизнь, куча дел в Аскероне, но этим мерзавцам было плевать на меня и мою жизнь. С точки зрения гёзов, я представлял собой живой движитель, ценный ровно настолько, насколько могли работать мои мускулы. Нынешний кунингас Севера Микке Ярвинен, и Разор — один из лучших войсковых командиров современности, и Патрик Доэрти — великолепный медик, организатор и кавалерийский офицер, и многие другие талантливые и благородные люди — все они были сведены до состояния кусков мяса, машущих веслами. Гёзам было плевать на наши мечты, надежды и планы, они хотели употребить наши тела, прожевать и выплюнуть наши жизни! С чего бы мне жалеть тех, кто сделал с нами подобное? Мы сожгли Малую Гряду, освободили невольников и убили всех, кто сопротивлялся. И ушли в Аскерон. А когда я стал герцогом — то вернулся в силах тяжких и сжёг весь Низац Роск, и теперь мы отстраиваем его заново. И знаете, что будет дальше?

Буревестник оглянулся, как будто желая рассмотреть Кесарию, которая давно уже скрылась за поворотом великой реки. Его глаза горели, а на давно небритых челюстях играли желваки.

— И что же? — подал голос Агис, который прекратил перебирать свои трофеи из туринн-таурского консульства и теперь слушал внезапную отповедь Аркана.

— Почему бы не повторять старый трюк раз за разом, если он работает? Тем более популяры сейчас с нами по одну сторону баррикад, и вряд ли они станут учить оптиматов, как справиться с подобной напастью… — Ветер трепал волосы Буревестника, голос герцога был уверенным и мрачным. — Мы пройдём вниз по Рубону Великому, сквозь земли тех, кто убивал нас в Кесарии. Вайсвальд, Роттерланд, Краузе и другие — их лучшие отряды сейчас в столице, их корабли — по большей части или в наших руках, или сожжены, или будут сожжены. Мы поимеем их так же, как поимели гёзов… И мы вернёмся — в силах тяжких, все мы: Арканы, Фрагонары, Аквила, Бергандали, Корнелии, а ещё — Тимьян и Смарагда, Север и Юг! И сделаем с ними то же, что я сделал с Низац Роск! Уничтожим до основания, а потом выстроим всё заново, только ещё больше! И лучше!