Я сделала этот крошечный шаг навстречу. Сама подалась вперед, а Ренцо сделал все остальное.
Его губы накрыли мои мягко, тягуче. С медленной, сводящей с ума чувственностью, от которой отключается разум. Он пробовал меня на вкус, исследовал, словно смаковал каждый выдох.
Тяжелая рука опустилась на мое голое колено, на мгновение замерла, обжигая кожу, а затем медленно заскользила вверх по бедру. Не прерывая поцелуя, Ренцо одним движением подхватил меня за талию и пересадил к себе на колени.
Я оказалась верхом на нем. Поцелуй мгновенно стал глубже, жаднее.
Его руки легли мне на ягодицы, разводя мои бедра еще шире, сильно прижимая мое лоно к его паху. Сильные пальцы впились в кожу, и Ренцо качнул меня вперед, заставляя потереться о него.
Из горла вырвался приглушенный стон, который он тут же жадно перехватил губами. Ткань моих шорт терлась о плотный хлопок его брюк, но даже сквозь одежду я чувствовала его горячую, твердую эрекцию.
Пальцы сами вцепились в ткань его рубашки, запутались в воротнике, а затем лихорадочно потянулись к пуговицам. Я судорожно распахнула тонкий хлопок, отчаянно нуждаясь в контакте кожа к коже. Мои ладони скользнули по рельефным мышцам его груди, по твердым ребрам, чувствуя, как под моими пальцами бешено колотится его сердце.
Его язык сплетался с моим, требуя полного подчинения. Его губы были самым сладким грехом, в котором я тонула без остатка.
Я обещала себе больше не переступать эту черту. Обещала оставаться благоразумной. Но стоило его рукам сжаться на моем теле, а его губам забрать всё мое дыхание, как все эти чертовы правила сгорели дотла.
Горячие ладони скользнули под тонкую ткань моего топа, безжалостно сжимая ребра, поднимаясь выше, пока он не нащупал грудь. Он резко сдернул бретели с моих плеч, стягивая хлопковую ткань, обнажая меня перед своим затуманенным взглядом.
— Чёрт... — хрипло выдохнул он.
Его льдистые глаза потемнели до черноты, сканируя мою вздымающуюся грудь с затвердевшими сосками.
— Раздевайся, Кэт. Хочу видеть тебя полностью голой прямо сейчас.
Я соскользнула с его колен на ковер, судорожно расстегивая шорты и стягивая их вместе с бельем. Ренцо остался сидеть уже без рубашки, не снимая темных брюк. Рядом с ним тускло поблескивал квадратный фольгированный пакетик.
Я осталась стоять перед ним абсолютно нагой. Беззащитная, тяжело дышащая под его темным, прожигающим взглядом.
Но прежде чем я успела шагнуть обратно к нему на колени, Ренцо перехватил меня за талию, удерживая на месте. Он широко развел свои ноги, заставляя меня встать вплотную между его колен.