Три. Ноль. Два.
Дышать было нечем. Холодное дуло пистолета уперлось мне прямо в висок. Металл обжег кожу.
Пять. Один. Семь.
Замок тихо пискнул, и тяжелая дверца со щелчком отворилась.
Внутри сиротливо лежали только пустые мешки.
— Где бабки?! — взревел грабитель, до боли дернув меня за волосы так, что мне пришлось запрокинуть голову и посмотреть прямо на его сообщника. Пистолет все еще давил мне в висок.
Слезы хлынули из глаз непрерывным потоком.
— Д-деньги уже забрали... — заикаясь, затараторила я. — Сегодня п-пятница. Наш босс... он не оставляет здесь наличку на выходные... Инкассация уехала час назад!
Второй грабитель грязно выругался на своем языке и пнул ножку моего стола. Я зажмурилась, ожидая выстрела.
Каждая секунда тянулась как вязкий, нескончаемый кошмар. Одно нервное движение его пальца на спусковом крючке — и мои мозги разлетятся по серым стенам этого кабинета.
— Поднимай свою тощую задницу, — прошипел тот, что держал меня. Он убрал пистолет от моей головы, но тут же ткнул им мне в спину. — Вытирай сопли. Берешь эти пустые мешки и идешь с нами к кассам в зал. Если попытаешься кому-то моргнуть или пискнуть — мы перестреляем всех девок в гримерке. Мы их там заперли. Поняла, сука?
Я судорожно закивала, глотая слезы и поднимаясь на ватные ноги.
Я не знала, есть ли Бог, но сейчас я молилась ему так исступленно, как никогда в жизни. Я не хотела умирать. И не хотела, чтобы из-за меня убили кого-то из девчонок.
Ренцо
Я уже подъезжал к ресторану брата, когда на телефон поступил экстренный вызов от старшего смены охраны.
Я ударил по тормозам и выкрутил руль. Рокко, вышедший встречать меня на крыльцо ресторана, увидел мое лицо сквозь лобовое стекло и мгновенно понял — случилось дерьмо.
— В чем дело? — крикнул он, подбегая к открытому окну.
— Налёт на клуб. Оружие в зале. Девчонки в заложниках, — бросил я, снимая пистолет с предохранителя и загоняя его в плечевую кобуру.
Рокко выругался. — Я еду за тобой!
Я вдавил педаль газа в пол. Мотор хищно взревел, и чёрный внедорожник сорвался с места, оставляя на асфальте жирные чёрные следы от жженой резины.
Я гнал по улицам Бостона, наплевав на красные светофоры и разметку. Внутри клокотало такое тёмное дикое бешенство, что костяшки пальцев, вцепившихся в руль, побелели до синевы. Какие-то сопливые ублюдки, племянники голландского хрыча Ван Дейка, решили, что могут заявиться в моё заведение с пушками.
Но ярость преумножилась, когда охранник сообщил по связи: «Босс, они взяли сейф. И Кэт. Они вытащили её из кабинета». Я с трудом удерживал себя на грани сознания. Моя тьма была совсем близко. Она ждала момента, чтоб выплеснуться и затопьть собою весь мир.