Я не содержанка. Роскошь Ренцо — это чужой мир, за который рано или поздно придется платить.
Мы с Вэлом познакомились два года назад. Моя семья тогда только перебралась в Новый Орлеан, спасая непутевого брата и его маленькую дочку от проблем, а Вэл, уроженец Коннектикута, приехал туда на первый курс по спортивной квоте. Мы постоянно сталкивались в парке: я гуляла с племянницей, он гонял мяч с местными ребятами. В конце концов он набрался смелости подойти.
Из-за строгого отца-католика у меня в школе не было ни свиданий, ни нормальной юности, поэтому Вэл стал моим первым всем. Он был вежливым, уважительным и понятным. Когда он перевелся в Бостонский колледж, я не задумываясь поехала за ним, потому что не представляла, как буду жить на расстоянии.
Я увидела его у входа в парк. В светлых шортах и легкой футболке, с взъерошенными волосами, он выглядел совсем мальчишкой — особенно на контрасте с теми мрачными, опасными мужчинами в дорогих костюмах, которые теперь окружали меня каждую ночь.
Его стройное рельефное тело выдавало многочасовые тренировки на поле.
Мы неспешно пошли по аллее, прячась в тени раскидистых каштанов. Я долго собиралась с духом, сжимая в кармане прохладный пластик телефона.
— Вэл... мне нужно тебе кое-что рассказать, — тихо начала я, глядя под ноги. — О моей новой работе.
Он обернулся, его лицо озарилось открытой,но как будто глянцевой улыбкой.
— Что-то случилось, мой ангел? Ресторанный бизнес оказался сложнее, чем ты думала?
Слово «ресторанный» царапнуло по совести.
— Дело в том, что это не совсем ресторан... Точнее... Это вообще не ресторан.
Вэл остановился. Улыбка медленно сползла с его лица, сменившись настороженным непониманием.
— А что тогда?
Я сглотнула, заставляя себя смотреть ему в глаза:
— Это закрытый мужской клуб. Джентльменский клуб.
Тишина повисла между нами тяжелым, душным облаком. Вэл моргнул, словно не расслышал, а затем его челюсть сжалась.
— Стриптиз-клуб? — его голос дрогнул, повышаясь на полтона. — Ты работаешь в гребаном стриптиз-баре?! Катарина, ты в своем уме?!
— Я работаю в офисе! — поспешно, горячо перебила я, хватая его за руку. — В бухгалтерии, понимаешь? Я сижу в отдельном кабинете за тяжёлой дверью, считаю кассу и свожу чеки! Я даже не выхожу в зал... ну, почти никогда.
— Почти никогда? — он брезгливо выдернул руку. — Кэт, это бордель для богатых ублюдков! Как ты вообще могла туда сунуться? А если твои родители узнают? А мои? Ты представляешь, что подумают наши знакомые, если кто-то пронюхает, что моя девчонка трётся в таком месте?!