Еще один комар сел мне на щеку, и я отмахнулась от него с какой-то особенной досадой, потому что он стал напоминанием о том, насколько все это реально.
— Ладно, хватит, — Удо скривился и начал вставать.
Заметив, что я осталась на месте, как будто прибитая тоном, которым это было сказано, он подхватил меня за плечо и потянул за собой.
— Мне и правда все это надоело. Комары, змеи, чертов холод. По всей видимости, в самом деле пришло время возвращаться.
— Куда?
Если он передумал насчет Нэда и его лагеря, меня ждали действительно непростые дни.
Они ждали бы меня в любом случае, но одной без денег, нормального оружия и лошади будет сложнее, чем вдвоем.
Вот только идти к Нэду я не могла и не собиралась. Это в самом деле было бы чересчур.
А впрочем, в одиночку добыть хоть что-то в ближайшей деревне и правда будет…
Он посмотрел так тяжело, как будто мог подслушать мои мысли и разозлиться на них.
— К золоту, хорошему вину и чистой постели. Я иду домой.
«Долбаный придурок, лучше бы ты собрался к Нэду».
Что ж, хотя бы это я удержала при себе.
Ветер продолжал трепать волосы, и я снова заправила их за уши, чтобы не было столь очевидно…
При таком раскладе пистолет он мне точно оставит, да и…
А чего я, черт побери, ждала? Что герцог Керн будет бегать по лесу без гроша в кармане, но в моей компании только потому, что мы пару раз перепихнулись?
Несмотря на взаимную болезненную, — вынужденную, — откровенность, мы по-прежнему оставались друг другу никем. А у него набралось немало моментов, которые самое время было бы мне припомнить.
— Ладно. Я пойду спать. Еще можно пару часов.
Он молча поймал меня за локоть и развернул к себе, вынуждая посмотреть в лицо.
— Ты идешь со мной, и это не обсуждается.
— О да, восторгу герцога Бруно не будет предела!
«Да пошел ты со своей жалостью», — этого я тоже не сказала, хотя как раз это сказать и следовало.
Удо медленно, как будто боясь напугать, провел ладонью по моим волосам, погладил лоб большим пальцем, будто хотел стереть морщинку.
— В отличие от меня, Бруно не злопамятный. Сейчас не та ситуация, чтобы считаться за прошлое.
Он говорил все это тихо и так убийственно серьезно, что я с мстительной и злой решимостью сделала шаг к нему, почти прижимаясь.
— Меня ищет королевская гвардия за разбой. Если ты дашь себе труд заглянуть в любую комендатуру, узнаешь, что за Чокнутую Ханну объявлена награда.
— А я-то думаю, где достать денег! Что же ты раньше не сказала? — он засмеялся тихо и так довольно, что я сама же толкнула его в плечо.
— Идиот чертов!
Он перехватил мою руку и снова притянул к себе, удерживая за затылок.