Его дыхание все-таки сбилось, в то время как все остальные, кажется, и вовсе забыли, как дышать.

Едва ли кому-то из головорезов Нэда доводилось хотя бы видеть нечто подобное. Тем более — пытаться повторить.

Тобиас же будто и вовсе их не замечал. Не выпуская замершего в ожидании своей участи Нэда из поля зрения, он немного повернул голову в мою сторону, подчеркивая для непонятливых, к кому именно обращается.

Искушение сказать ему «да» было огромным. Одно стремительное, наверняка безболезненное движение, и Нэда больше никогда не будет ни на моем пути, ни у меня за спиной.

В том, что Тобиас и правда его прикончит, я не сомневалась ни секунды. Равно как и в том, что после этого мы сможем просто сесть в свою повозку и спокойно уехать, оставив их хоронить своего главаря.

Жалкое было бы зрелище.

В этой полной тишине я подошла ближе, положила ладонь на запястье Тобиаса ровно там, где его вчера сжимали наложенные мной оковы, и присела на землю рядом с застывшим Нэдом.

— Сейчас твои мальчики вернут наше оружие и вещи, и мы просто уйдем. До завтрашнего заката мы покинем вашу территорию, не покушаясь ни на что из того, что принадлежит вам. Ты не преследуешь нас, не пытаешься убить, не предлагаешь дурацких пари. Мирно расходимся краями сегодня и впредь. Если условия приемлемы, он отдаст тебе шпагу.

Нэд, к его чести, и правда о шпаге почти забыл. Глядя только на меня, он взвешивал услышанное, и отчего-то мне очень хотелось, чтобы он согласился.

Тобиас молчал. Я чувствовала, как он прожигает мой затылок взглядом — ему хотелось прикончить Нэда. Помочь решить мои проблемы, как он и предлагал…

Нужно будет после с этим разобраться.

— Подходит.

Кому-кому, а Нэду это должно было даться непросто.

Коротко и ободряюще улыбнувшись ему, я встала и, забрав у Тобиаса шпагу, развернула ее, чтобы протянуть рукоятью кому-то из стоящих рядом членов банды.

— А теперь нас, судя по всему, пристрелят, — Тобиас посмотрел на меня со странным, чуть насмешливым выражением.

— Нет. Нэд держит свое слово, — хлопнув его по плечу, я развернулась и пошла обратно к повозке. — Ты слышал, что сказал командир, Ральф. Давай пошевеливайся, и да поможет тебе Создатель, если я чего-то не досчитаюсь!

Мелкая дрожь, родившаяся в мышцах, начинала раздражать — как будто я и правда скакала с этой чертовой шпагой по поляне, не имея ни малейшего понятия о том, каким окажется исход, но отчаянно желая победы.

— Эй, Ханна!

Я обернулась и обнаружила, что Нэд так и остался лежать на притоптанной траве. Разве что устроился с комфортом, оперевшись на локоть.