…
Как?
В недрах горы звучал вопрос.
Как люди узнали про «него»?
Как отважились на свой поход?
Это было невозможно. Обитатели этого примитивного мира должны были разойтись, в неведении дожидаясь своего конца. «Он» просчитал это, просчитал всё, все мельчайшие детали. Его расчёт не мог быть ошибочным, и тем не менее ошибся. Почему?
Свою роль сыграла случайность?
Квантовая вероятность?
Или же был ещё один, неизвестный ему фактор?
Что?
или
Кто?
…
В первую очередь Триумфальная армия встала перед выбором: можно ли использовать дороги? В свой золотой век Империя Талимбур построила многочисленные магистрали, которые, словно каменные вены, пересекали север. Они были удобными, однако не вели напрямик к Проклятой горе, виляя между старинными торговыми городами. К тому же дороги были предсказуемы, и враг запросто мог разместить на них засаду.
Это было опасно, а потому не вернее было бы избрать другой, более прямой путь? Но в таком случае им придётся пересечь опасную и гористую местность.
Прошли дебаты. В ходе последних прозвучало заявление, что дороги были пропитаны кровью и слезами южан, похищенных сотню лет назад в северное рабство, и что использовать их было святотатством против памяти о великой борьбе, которую вели их предки. Этим аргументом великие лорды заработали поддержку солдат и уже почти продавили генерала Гутриха, но тут вмешался Эдвард Дельфин и заявил, что дороги, всё же, были предпочтительней. Когда упомянули вероятность засады, он ответил, что сможет предупредить последнюю.
В итоге слово Эдварда было решающим — и благодаря его репутации, и благодаря бронированной кавалерии, которую он, в отличие от прочих великих лордов, почти сохранил.
Разумеется, данное решение он принял не самостоятельно, но с пинка Михаила (к этому времени лорд Дельфин готов был беспрекословно слушаться всего, чтобы было записано в послании Путника). Он провёл расчёты с помощью своей карты, о которой военачальники могли только мечтать, и выяснил, что использовать дороги было быстрее и разумнее. Прямой путь представлял собой полосу испытаний, пересечь которую было непросто даже одинокому страннику, не говоря уже про целую армию.
В свою очередь Эдварда он использовал потому, что будет немного странно, если «Демон Тысячи Тайн» откровенно возьмёт в свои руки бразды правления Триумфальной армией, и к тому же появятся недовольные. Даже сейчас полководцы, признавая его страшную силу, ему не доверяли. Подчиняться его приказам у них не было ни малейшего желания.
А зря, потому что уже под конец первой недели стало понятно, что Михаилу придётся буквально нянчить армию, чтобы последняя достигла своей цели, ибо гоблины становились всё хитрее и хитрее.