Через некоторое время убрали трупы (человеческие аристократы приказали унести в первую очередь, ибо смотреть на них было неприятно) и собрали совет, на котором стали обсуждать дальнейшие действия. Некоторые говорили, что делать ничего не нужно, ибо монстры испугались и едва ли посмеют вернуться, другие предлагали занять оборону; между делом вспомнили загадочную записку, которую обнаружили в сундуке.
— Верно, верно, — кивал один знатный дворянин, покуривая трубку. — Но можно ли ей доверять? Что если её действительно оставили пираты, которые хотели заманить нас в логово этих чудовищ? Тогда мы их попросту спровоцируем.
— Мы их уже спровоцировали, — мрачно проговорил капитан.
— Не повод собираться на суицидальную экспедицию. Давайте лучше устроим оборону и будем дожидаться подкрепления.
— Эм, не думаю, что это получится, — вставила Маргарита.
— Почему же?
В прежние времена ей сделали бы замечания, что она посмела прервать знатную особу, но теперь все посмотрели на девушку с пристальным вниманием.
Маргарита показала в сторону джунглей.
В следующую секунду люди вздрогнули и стремительно вскочили на ноги. Монстры вернулись! Матросы побежали хвататься за оружие… и замерли, когда за первой дюжиной показалась другая, третья, а затем затрепетал весь лес, и больше тысячи чешуйчатых созданий, сверкая глазами, стали выходить на песок…
Традиция. Причём не самая приятная, подумал Михаил, наблюдая за тем, как рыболюди заточили потерпевших кораблекрушение (включая Маргариту) в клетки и отправились в джунгли.
На самом деле девушка запросто могла освободиться и сбежать, но делать это не имело смысла. Немногим ранее она сама позволила себя поймать, когда из джунглей показалась целая армия монстров. Маргарита была сильной, но у всего были свои пределы.
Впрочем, судя по выражению лица, которое Михаил разобрал, когда приблизил камеру, девушка была совсем не против всего происходящего. В то время как аристократы и матросы дрожали от страха, она сидела на краю клетки, скрестив ноги, и с интересом смотрела по сторонам.
Собственно, Михаил давно уже заметил эту проблему, но именно сейчас она выступила на первый план: Маргарита, кажется, не совсем понимала серьёзность всего происходящего. Девушка воспринимала окружающий мир через призму сказок и приключенческих романов, которыми зачитывалась с раннего детства.
В этом не было ничего удивительного. Её реальный жизненный опыт ограничивался маленьким скалистым островом посреди унылого моря, который населяла дюжина неотёсанных крестьян; теоретически, со временем девушка должна была понять, что не всё, что пишут в книжках, сущая правда (если, конечно, Михаил перестанет подсовывать сундуки), но до момента чудесного озарения она проживала в мире грёз, и потому рисковала угодить в большие неприятности.