Теперь ему просто нужно было как-нибудь протащить на борт Маргариту.
Сперва Михаил придумал радикальное решение: отправиться туда самостоятельно в образе М. Х. и взять её как своего телохранителя. Затем, однако, он прикинул и понял, что это мало того, что будет страшная морока, ибо целую неделю ему придётся торчать на корабле, отвечая на вопросы и притворяясь загадочным визитёром с Западного побережья, а по прибытию на остров у него и вовсе будут связаны руки, так М. Х., вероятно, просто не пустят.
Да, он был богатым, но при этом неизвестным иностранцем. Федерация уважала деньги, но ещё больше — твоё происхождение. Если бы каждый встречный миллиардер мог претендовать на место в высшем обществе, едва ли Великие семьи так долго сохраняли бы свою власть.
Что же ему делать? Пропихнуть Маргариту в качестве матроса? Поздно, да и Изольда была не из тех судов, на которые набирали команду с улицы. Пробраться на корабль тайно? Глупость, это невозможно. Тогда…
Михаил щёлкнул пальцами.
Тогда ему просто нужно найти…
Людвиг Принцип был единственным сыном и наследником своего рода, и потому теперь, когда последний находился в состоянии упадка, именно на его плечи легла обязанность представлять семью на Генеральном саммите, к великому негодованию этого аристократичного молодого человека.
Принципы были дворянами, но низшими. Им принадлежал «приходящий» дворянский титул, который обеспечивал право голоса и прочие привилегии, но который при этом, в отличие от «вековечного» дворянства Великих семей, можно было потерять.
Собственно, было несколько путей, прокатившись которыми дворянин мог превратиться в обыкновенную челядь: совершить страшное преступление, вроде предательства Федерации, оскорбить представителя одной из Великих семей, или, самый унизительный, продемонстрировать несостоятельность в управлении своих земель и загнать себя в непроглядную долговую бездну…
Два года тому назад золотая шахта, которая на протяжении многих поколений подпитывала казну семейства Принцип, иссякла. В те времена Патриархом и Маркизом был дядя Людвига, человек весёлый и своенравный, который совершенно не заботился о будущих поколениях и пропивал семейное богатство; когда деньги на кутёж закончились, он продолжил невозмутимо набирать долги, затем займы, а когда банки перестали их ему выдавать — без лишних слов взял и утопился.
Титул наследовал отец Людвига и побледнел от страха, когда понял, в каком плачевном состоянии находились семейные финансы. Он попытался найти новый источник дохода, для чего собирался создать несколько плантаций, благо, климат на их территориях был подходящим, но затем оказалось, что даже на это у них не было денег и ни один ростовщик не желал иметь с ними дело (вернее сказать, все они уже имели с ними дела, и каждому из них семья Принцип задолжала круглую сумму).