26
12 марта, среда
Шли дни, но Мускат не попадался нам на глаза. Жозефина, на первых порах не покидавшая стены «Небесного миндаля», теперь соглашалась без меня дойти через площадь до булочной или цветочной лавки. Поскольку она отказалась возвращаться за своими вещами в кафе «Республика», я одолжила ей кое-что из своей одежды. Сегодня на ней синий свитер и цветастый саронг, и в этом наряде она свежа и миловидна. За те дни, что Жозефина живет у меня, она изменилась до неузнаваемости. Исчезла маска глухой враждебности, исчезла настороженность в манерах. Она кажется выше, стройнее, перестала горбиться и кутаться в несколько слоев одежды, от которых она казалась грузной и коренастой. Она подменяет меня за прилавком, когда я работаю в кухне; я уже научила Жозефину кондиционировать и смешивать разные сорта шоколада, готовить пралине, что попроще. У нее умелые, искусные руки. Я смеюсь, напоминая ей, как она продемонстрировала ловкость рук в свой первый визит в шоколадную. Жозефина краснеет.
– Я бы в жизни ничего у тебя не украла! – с трогательной искренностью негодует она. – Вианн, неужели ты думаешь…
– Разумеется, нет.
– Знаешь, я…
– Конечно.
Жозефина быстро подружилась с Армандой, хотя прежде они были едва знакомы. Старушка теперь наведывается к нам каждый день – поболтать или купить пакетик любимых абрикосовых трюфелей. Нередко она приходит вместе с Гийомом – он тоже появляется ежедневно. Сегодня забегал Люк. Втроем они заказали по чашке шоколада с эклерами и сели в углу. До меня время от времени доносились их смех и восклицания.
Перед закрытием появился Ру. Переступил порог шоколадной опасливо и робко. После пожара я впервые увидела его вблизи; он сильно изменился. Похудел, волосы зализаны назад, лицо угрюмое и пустое. Одна ладонь обмотана грязным бинтом. Лицо с одной стороны лица шелушится, как после солнечного ожога.
При виде Жозефины Ру пришел в замешательство.
– Извините. Я думал, Вианн…
Он развернулся к двери.
– Подождите, прошу вас. Она в кухне.
Начав работать в шоколадной, Жозефина заметно раскрепостилась, но сейчас слова дались ей с трудом – возможно, ее напугал вид Ру.
Тот топтался на месте.
– Вы ведь из кафе, – наконец произнес он. – Вы…
– Жозефина Бонне, – перебила она. – Я теперь живу здесь.
– А.
Я как раз входила в зал и заметила, что его светлые глаза смотрят на нее испытующе. Однако он воздержался от дальнейших расспросов, и Жозефина поспешила удалиться в кухню.
– Очень рада, что ты пришел, Ру, – прямо сказала я. – У меня к тебе просьба.
– О?
Один звук в его устах может быть очень содержательным. Этот содержал вежливое недоумение и подозрительность. Ру – будто ощетинившаяся кошка, готовая выпустить когти.