— Это буду я! — пообещал Вонг. — Будете звать меня Великий Желтолицый Император!

Вонгу стали объяснять, как его назовут. А я тем временем разбудил щенов — большую часть пути они дремали под транквилизаторами, снял блокировку с ракет, ещё раз посмотрел на экран.

Нас заметили — половина вонючек начала движение навстречу. Ещё половина осталась у Гималии. Всё-таки опасаются, ждут какой-то уловки.

Девять «пчёл» и три «осы» против полусотни вражеских истребителей. Никакушный расклад.

В бою один на один «пчела» сильнее истребителя вонючек, но, когда сходишься один к пяти, шансы стремятся к нулю.

Ладно. Нам важно не уничтожить все корабли, а всадить одну-единственную ракету в Гималию.

— Выпускаем щенов, задача на охранение, — сказал я. — Залп кинетикой по группе перехвата, каждый по одной ракете, когда скомандую. Луиджи, ты добавь один термояд в центр их группы. Дальше по ситуации. Основная цель — Гималия.

В эфире защёлкало.

Я представил, как ребята, морщась, пьют боевую химию, наводят ракеты, дают последние указания искинам…

— По моей команде, на «раз». Десять… девять… восемь…

Обычный наш бой похож на схватку охранников каравана с набегающими разбойниками. Мы пристраиваемся к конвою, который ведёт кто-то из Ангельской иерархии, летим рядом, сколько хватает топлива. Если на конвой нападают падшие, мы пытаемся по мере сил помочь Ангельской иерархии. Если падших сопровождают вонючки и мохнатки, мы связываем их боем, кружим вокруг грузовых кораблей, а враг наскакивает, улетает, перегруппируется и снова кидается в бой. Вонючки неутомимы, никогда не отступают, и бой длится, пока одна сторона не гибнет.

Если же мы в свободном поиске и обнаруживаем конвой падших — то сопровождаем его. Обычно вскоре появляется кто-то из Ангельской иерархии (без ангелов нападать на конвой — самоубийство). Ангелы вступают в схватку с падшими, мы набрасываемся на вонючек.

Но сейчас ситуация была совсем иная. Нам нужно было прорваться сквозь заслон и ударить по Гималии. Мы сходились, как две группы средневековых рыцарей на ристалище.

Всё кончится, так или иначе, за считанные секунды. У нас не будет времени и топлива, чтобы разворачиваться и вновь атаковать базу.

Мы дали залп, и в ту же секунду вонючки ударили в ответ. Экраны зарябили сигнатурами, ракеты сбрасывали имитаторы и ловушки, истребители маневрировали. Скорости требовались такие, что я даже не пытался управлять, отдав командование искину.

Пространство вращалось вокруг корабля, костюм разбух, пережимая тело. В глазах то и дело темнело от перегрузок. Взорвались несколько термоядерных боеголовок, вынеся разом несколько кораблей.