Только оказавшись в доме и, разумеется, переодевшись в тапки, понимаю, что я замерзла. Скорее всего, из-за дождя.
— Куда собралась? — молчать. Молчать! — Давай ко мне в спальню, — спокойно. Это просто очередная провокация. — Раз тебе не хотелось спать, иди меняй мне постельное белье.
Я бы непременно послала его на все известные мне маты, но быстро одергиваю себя. Не подпитывать его!
Оказавшись в его комнате, даже не думаю высматривать обстановку, в которой спит этот психопат. Молча заменить имеющееся постельное белье на новое и все. Всеми силами заставляю следовать себя своим же установкам, но это получается с трудом, когда я все же получаю в руки белье, а затем перевожу взгляд на кровать. Вызывайте санитаров. Срочно! Ладно, как-то можно принять тот факт, что имеющееся на кровати белье и предоставленное имеют такое сходство как черный цвет. Но то, что оба шелковые — НЕТ! Куда я попала?
На удивление довольно быстро снимаю белье, на котором, конечно же, нет ни единой крошки, катышков, пыли, не говоря уже о зацепках. Может, он в презервативе спит? Заткнись, Христа ради, Соня. Заткнись, молю. Не думай о нем.
— Не пугай меня, София Вячеславовна. Хватит молчать, — не реагируй! Вот лучше отвлекись на чертов пододеяльник. Нафига он ему летом? — Люблю спать в холоде, но накрытым, — твою мать. — Как думаешь, может ли так быть, что в женщине заложены ген подчинения и независимости одновременно, — думаю, что тебе кранты. Я все папе расскажу. И плевать, что это звучит по-детски. Он тебя в порошок сотрет. — Ну, чего молчишь?
— Люблю людей, которые общаются сами с собой. Таким и мешать не стоит.
— Лучший собеседник — это я. Да, что-то в этом есть. Кстати, утоли мое любопытство. Как ты собралась ставить меня на колени? С помощью всемогущего папы? — кошка сдохла, хвост облез, кто промолвит, тот и съест. Кошка сдохла, хвост облез, кто промолвит, тот и съест. — А что из себя представляешь ты без своих родителей?
Удивительно, но злость помогает мне справиться с пододеяльником. Я всю свою жизнь скидывала это на маму или папу. А сейчас не испытываю никаких сложностей с вдеванием одеяла. Клянусь, как выберусь отсюда — это будет только моими обязанностями. Даже Саше застелю. Черт, что эта лошадь будет есть в мое отсутствие? Нашла о ком думать. Пусть лошадь сообщит родителям, что я пропала! Пусть и через два дня. Но он ведь фиг сообщит. Только обрадуется, что можно есть фастфуд.
Когда дело доходит до подушек, я отвожу душу. Взбиваю, точнее бью ее так сильно, представляя его морду, что мне становится не только тепло, но и хорошо.