Вынужден признать, что, несмотря на свой уже не юный возраст и, казалось бы, подлатанную психику, сейчас я все равно ощущаю себя обиженным ребенком, так и норовящим сделать хоть какую-нибудь гадость, сидящему напротив меня Сониному папаше. По взгляду вижу — ненависть у нас обоюдная.
Его — вовсе не от того, что я держал его дочь взаперти. Только сейчас меня осеняет, что лучшим наказанием для него является отнюдь не неизвестность того, где была его дочь все эти гребаные дни, а то, что она втрескалась в меня. И как бы этот мудак ее ни настраивал против меня, все. Потерял папаша дочку. Выкуси. Как же приятно видеть, как его бесит сложившаяся ситуация и все вышло из-под его контроля. Впрочем, как и у меня.
— Если бы не знал, что ты заказываешь проституток, я бы подумал, что ты имеешь на меня виды. Так нравлюсь, что залипаешь на моем лице? — неожиданно. Ну что ж.
— Заказываешь — это настоящее время. Правильное окончание очень важно, Вячеслав Викторович. Здесь верно прошедшее время с окончанием «ал». И нет, Боже упаси, никакой симпатии. Радуюсь, что София не унаследовала такую игривую бородку, как у вас. Ее гладкая, почти бархатная кожа мне безусловно больше импонирует. Прям кайф, когда трогаешь.
Клянусь, если бы не подошедший официант, он бы точно был на пути к срыву.
— Принеси нам, пожалуйста, лучшее красное сухое. Надо проставиться перед будущим тестем, — стоило только отойти официанту, как я слышу:
— Говнюк малолетний, там, где ты учился выводить из себя, я преподавал.
— Никогда не думал, что после тридцати «малолетний» может звучать комплиментом. Кстати, мне кажется или это тюремное выражение? В СИЗО нахватались?
— Возможно и там. Спроси у своего отца, он там тоже сидел. Ан нет, он же давно червей кормит от своей тупости. Не спросишь. Кстати, отдам тебе должное. Ты поумнее папаши вышел. А теперь давай перейдем к делу: отъебись от моей дочери.
— Я бы с радостью, но имел неосторожность влюбиться в Софию.
— Ты думаешь, я на это поведусь?
— Да мне плевать, что ты там думаешь. Ой, на «вы» же надо с будущим тестем. Пардон, Вячеслав Викторович. Я тоже могу знатно промыть мозги Софии, но не буду. Потому что мне не хочется делать ей неприятно, — вполне серьезно произношу я, наблюдая за тем, как нам разливают вино. Подношу бокал ко рту и делаю медленный глоток. — А вообще интересно получается. Соединим капиталы. И мне даже вернется то, что ты отобрал у моей семьи. Хотя, конечно, родниться с такими людьми — так себе затея. Если уж друг отобрал у другого все, попахивает гнилью.
— Согласен. Родниться — хреновая идея. А от твоего на редкость тупого гнилого папаши и шлюхи мамаши хорошего потомства ждать не приходится. Так, для общей справки. Я забрал исключительно то, что было моим. Наша дружба закончилась примерно тогда, когда тебя еще в проекте не было. Тогда, когда твой еще совсем молодой папаша отжал у меня не только перспективный проект, но и мою девушку. Хотя, какая она девушка? Обыкновенная шлюшка, перебежавшая от одной перспективы к другой. На самом деле, бесишься ты не от того, что я когда-то забрал в ответку его бизнес. А потому что твоя мать, вместо того чтобы поддерживать мужа со схуднувшим кошельком и быть с тремя детьми, тут же ускакала, когда твой папаша попал от своей тупости в очередную передрягу. А куда она ускакала по твоей версии? Ко мне. А вот ни хера. Я б/у товар обратно не принимаю. Но не скрою, было приятно видеть, как она попалась на собственной жадности и поверила в то, что я приму ее обратно.