— И жили они долго и счастливо? — спросил Богдан.

— Счастливо, но недолго, — ответил Кшиштоф, — Пришел потом султан Мурад, и в битве на Косовом поле все сербские богатыри полегли, а сербский князь с тех пор вассал султана.

Слуги притащили котел с мясом.

— Знаешь, что это такое? — спросил Люциус, — Не знаешь, куда тебе в твоей Москве! Это наше пячисто. Кабан, да тушеный, да большими кусками, да с майораном и кориандром и чесноком, да еще и перченый! Давай под мясо по чарке!

Выпивши чарку и закусив кабанятиной, Ласка наконец-то смог перейти к тому, зачем приехал, и рассказал о просьбе отца насчет микстуры для глаз.

— Так это тебе живой воды надо, — сказал Чорторыльский.

— В смысле аква вита, которая есть продукт перегонки виноградного вина? — уточнил Ласка.

— Нет, в прямом смысле. Бывает вода мертвая, а бывает живая.

— Правда бывает?

— Правда.

— Есть ли у ясновельможного пана живая вода?

— Могу найти. Что взамен?

— Золотом рассчитаюсь. Вот те…

— Тише-тише, — Люциус перехватил руку гостя, не дав ему перекреститься.

— Не веришь? Я в Москве водками торгую. Меня и ляхи знают, и немцы.

— У тебя деньги-то есть? — спросил Люциус.

— Серебром уже и нет. Но золото есть, — ответил Ласка.

Серебро осталось в груди Вия. Дорого ему обошлась та корчма. Не меньше половины рубля. Зато в поясе под одеждой скрывались золотые монеты. Немного, но сколько может стоить пузырек микстуры? Не на вес золота же.

— Серебро-то украли или растратил? — усмехнулся Люциус.

— Ни то, ни другое.

— Взамен за него что-то получил?

— Жизнь. Я как раз утром рассказывал.

— Ну да, ну да. Помню. Что без серебра остался, то не беда. В жизни не слыхивал, чтобы кому за серебро живой воды продали. Не одними деньгами шляхтич богат. Хочешь, на саблю твою поменяемся? Даю за нее пузырек живой воды. На два глаза как раз хватит.

— Где это видано…

— Шляхтичу без последней сабли остаться позорно, а без одной из нескольких обычное дело. Подбери себе другую.

— Я бы лучше на золото поменял, — ответил Ласка.

— Живую воду просто за деньги не купишь. Даже и за золото. За такие вещи всегда услугу просят.

— Какую? — оживился Ласка.

— Иногда достать диковину какую-нибудь.

— Например?

— Например, птица певчая из дворца императора Карла в Вене — такого уровня диковина, чтоб на живую воду менять. Чтобы птица большая, красивая и пела хорошо. Или там племенной жеребец из конюшен короля Франции.

— Это все можно за деньги купить.

— В том и дело, что у королей хранятся уникальные редкости, а за деньги короли ничего такого не продадут. Подарить могут, поменять, но не продать.