— Зря он так. Точно сам, или бес попутал?
— Да бес, конечно. Кто в своем уме так поступит? Если только из-за бабы, но в этой легенде баб нет. В другой есть. Видишь голубей?
— Спрашиваешь!
— Говорят, что часть этих голубей, уж больно их много, чтобы говорить, что все, на самом деле никакие не голуби, а рыцари древнего князя Генрика. Он хотел стать королем, для этого надо было получить благословение у Папы, а на подарок Папе не хватало денег. Генрик пошел к ведьме. Ведьма сказала, что обратит его рыцарей в голубей, и они принесут на площадь камушки, которые превратятся в золото. Но рыцари примут человеческий облик только когда Генрик наденет корону.
— Серьезно? — удивился Ласка, — Отправить Папе колдовское золото?
— Ага, — кивнул Вольф, — С ведьмами и колдунами всегда ищи какой-нибудь подвох. Наверное, она Генрика заколдовала.
— Дай угадаю. Папа пересчитал золото и очень удивился, увидев камушки. Генрик вернулся в Краков несолоно хлебавши, а рыцари остались голубями.
— Именно так.
— Что стало с колдуньей? Сожгли?
— В легендах об этом нет. Генрик прожил после возвращения очень недолго и был отравлен. Детей он не оставил.
— Но какую выгоду получила с этого колдунья?
— Вот, — Вольф развел руками, намекая на голубей.
— Ей мешали рыцари?
— Или у нее были личные счеты с кем-то из них. Никогда не доверяй ведьмам.
— Слушай, а разве ведьмы такие сильные? — удивился Ласка.
— Большинство из них мышь не заколдуют, — ответил Вольф, — Но единицы дорастают до такого мастерства, что слушать страшно.
— Это ведь раньше было, очень давно? — спросил Ласка и вздрогнул.
— Да. Но не думай, что все сильные ведьмы и колдуны поумирали. Скорее, они стали скромнее и работают тоньше. Или не оставляют следов. Я вот тоже думаю, что если ведьма вот так вошла в легенды, то будь я следующий князь, я бы сжег ее просто на всякий случай, чтобы ее больше не было.
— Я тоже.
— Я не пойму, мы куда-то идем, или ты просто город показываешь? — спросил Ласка.
Всю дорогу он думал, как он будет бить челом королю или королеве по поводу виленского воеводства. Лишь бы на прием попасть, а там несложно будет. Голова на плечах есть, в польском языке попрактиковался. Чорторыльский на должность формально подходит. Тем более, что были бы претенденты получше, уже бы сидел в Вильно новый воевода.
— К королю мы сразу не пойдем, — сказал Вольф, — Мы пойдем к пану Твардовскому.
— К кому? — удивился Ласка.
Батя не называл такую фамилию, рассказывая о польской аристократии.
— Его Чорторыльский при тебе же поминал. Колдун, который на петухе летает.