При выходе из метро, наменял сколько мог «пятаков». Осторожничал, день выходной и пассажиров было не много, так что не очень хотелось привлечь к себе внимание молоденькой дежурной у турникетов, а тем более, любезничающего с ней, отчаянно рыжеволосого, сержанта милиции.
На улице я нашел безлюдный двор и стал модернизировать свое оружие. На полтора метра «пятачков», конечно, не хватало, поэтому я открыл сумку и оторвал от смятой коробки кусок картона. Плотно его скомкал и при помощи, отломанной от куста, ветки стал заталкивать полученный «пыж» в глубь трубки, сантиметров на двадцать. Затем аккуратно, один за другим, опустил туда все имеющиеся «пятачки» и заделал выходное отверстие еще одним «пыжом» и изолентой, которую прихватил из дома. Вроде палка с утяжелителем получилась солидная, если что — мало не покажется…
Вышел со двора и двинулся по проспекту Москвиной к 8-ой Красноармейской улице, дому номер 8, корпус 1.
На глаза попалась «Аптека», и снова в голове настойчиво возникли мысли, про вооруженного ножом маньяка. Отягощенный этими невеселыми думами, я зашел в аптеку и купил упаковку стерильного бинта, резиновый жгут, стрептоцид и катушку лейкопластыря.
Когда я нашел нужный дом, обстановка во дворе новой многоквартирной девятиэтажки была самая мирная. На детской площадке царили гомон и веселье, дети возились в песочнице и на горках, мамаши с колясками выгуливали своих карапузов, а разнокалиберные бабушки зорко следили за всем этим благолепием со своих скамеек.
Остаться незамеченным, в такой ситуации, незнакомому человеку даже не стоило надеяться. А посему, я решил не торчать во дворе, а сразу отправиться в тот подъезд, где должна была произойти очередная гнусность и там затихариться.
Запас времени был ещё более полутора часов, поэтому я решил не спешить, и, изучая будущий «театр военных действий», стал подниматься по лестнице пешком, игнорируя лифт. К тому же надеялся, что медленный и размеренный подъем, позволит мне хоть немного взять себя в руки.
А сделать это было просто необходимо. Меня реально «плющило и колбасило» от нервов, от страха, от ненависти, от досады…
Да, да и от досады в первую очередь! В той жизни я не был особым спортсменом, но десять лет бесцельных мотаний «по загранке», проживание преимущественно в жарких странах, охота, дайвинг и периодические занятия в спортзалах, держали меня в приличной физической форме. Рост метр восемьдесят, сто килограммов веса плюс знание азов бокса, делали меня небезопасным оппонентом. Тем досаднее то, что сейчас все это отсутствовало.