— Значит, талант. — резюмировал Ретлуев — двигаешься ты неправильно, у нас так не учат, танцуешь как кубинец. Увидев мой пораженный, его проницательностью, взгляд, и неправильно его интерпретировав, пояснил — видел я их на сборах, так же танцуют, хрен попадешь, но попал. — закончил он удовлетворенно, видимо, вспомнив приятное.
— Я же сегодня всего на третье занятие пришел! — участвовать ни в каких соревнованиях мне категорически не хотелось.
— А Харитонов на сто третье и что? Леонида считать не будем, он просто не ожидал… А с Харитоновым неполные две минуты, а он уже второй год ходит. Удар у тебя очень сильный, не по возрасту и не по весу, попадешь хоть раз и выиграешь. Да и перепрыгал ты его, не достал он тебя ни разу, все в защиту ушло. Там у тебя не будет соперников. А для секции будет большой плюс, если ты возьмешь город.
«Бля! Я уже по городу должен выиграть⁈ Ты не охренела чурка? На моих синяках себе очки зарабатывать⁈» — завопил я про себя.
Видимо Ретлуев прочитал у меня в глазах отказ и снова стал объяснять:
— Еще раз пойми, там у тебя просто не будет соперников, вообще. Если не захочешь продолжать, просто скажи и снимемся. В любой момент.
Я молчал.
— Может хочешь, что… скажи?
Совершенно неожиданно для себя я ответил:
— Хочу… хочу тренироваться во «взрослой» группе.
Ретлуев молча уставился на меня. Побуравив меня взглядом полминуты, я в это время разглядывал настенный календарь с дедушкой Лениным у него за спиной, он кивнул:
— Хорошо. Но ты постараешься выиграть.
Тут уже кивнул я.
После тренировки и своего идиотского решения я поехал в «Гавань» к Митричу…
Время было уже около четырех вечера, и я, чтобы успеть вернуться до прихода мамы, сел в свободное такси на стоянке. Удивленный водитель обернулся ко мне и спросил:
— А, деньги у тебя есть, мальчик?
Я молча достал из кармана зеленоватую «трешку».
— Ну, ладно, а куда ехать?
— В «Гавань» пожалуйста. К дальнему пирсу.
Водитель поморщился, но завел машину, включил счетчик и тронулся с места. Я его понимал, «Гавань» отдаленный район и вероятность, что там, в такое время, найдешь пассажира минимальна. Он и тут-то стоял пустой, но обратный пробег порожняком его все равно не радовал.
Когда подъехали к пирсу на счетчике было 2 рубля 46 копеек. Я отдал водиле трешку и, уже открыв дверь, и тем самым показав, что сдачу не жду, сказал:
— Я здесь буду полчаса, если Вы меня подождете, то потом я поеду обратно.
Водила подумал пару секунд и буркнул:
— Если только полчаса, и за простой рубль.
— Хорошо.
Вот козел! — подумал я — сдачу себе оставил, счетчик выключил, рубль положит себе в карман, от порожняка я его избавил, приедем сдачу тоже не даст и сидит еще рожу кривит недовольную!