— Я — Карото! Если не сдохнешь сегодня — твое тело запомнит меня, а мозг, — Карото ткнул указательным пальцем в лоб пленника, — будет в ужасе сжиматься при одном лишь упоминании моего имени!
Седой ответил ему хмурым взглядом и ничего не ответил — внутренне, превозмогая животный страх, он пытался порвать цепочки, связывающие его сознание с нервными окончаниями тела.
— Видишь этот порошок, смертник? Он значительно расширит границы твоих ощущений! — изувер криво ухмыльнулся, показав полусгнившие зубы.
— Делай свое дело, — сонно молвил Сергей и зевнул.
Карото хмыкнул и исчез из поля зрения Решетова. Через пару секунд Седой услышал короткий свист, и тут же почувствовал, будто спину его порвали пополам. Боль от удара легко пробила все психологические блоки, выставленные им, и с силой цунами прошлась по всему телу.
«Раз…», — начал отсчет Сергей.
Свист… удар… Боль затопила разум настолько, что он еле выбрался из черного омута, на глубине которого сверкали мириады молний… «Два…». Свист… Ощущение, словно спина распадается на куски… «Три…».
— Ты чего приуныл? — негромкий слова Карото долетают до него, словно с другого конца вселенной. — Сейчас я тебя малость оживлю!
Решетов приоткрыл крепко зажмуренные веки и увидел вокруг лишь кровавый туман — частички красного порошка плясали вокруг него. Оседая, они, словно карандаш самого дьявола, обрисовывали рваные раны на спине, превратившейся в сплошной болевой очаг, новой — более яркой и резкой болью. Седой застонал сквозь стиснутые зубы.
Свист… Удар… От боли свело мышцы челюстей и левую ногу… Свист — удар… Сергея вырвало… Свист — удар…Который по счету⁈ Бля, сбился! Хер с ним! Свист — удар… сознание меркнет, но новое кровавое облако вытаскивает его из небытия навстречу новому свисту! Пот, стекающий со лба смешался с выступившими слезами… Свист… Свист… Где удары⁈ Ясно — спина онемела… Или мозг… Красное облако…Мозг ожил, спина тоже… Судорога по всему телу… Свист — удар… Где свист? Где?!! Кривая гнилозубая улыбка в поле зрения…
— Сомбарец, видишь богов Зетро? — тихий шепот на ухо…
— Пока нет — плохо стараешься… — простонал пленник.
Каркающий хохот палача… Свист — удар…Свист — удар…Красное облако уже не выдергивает наверх сознание, летящее, словно в круговороте, в чернильно-черную бездну… Свист… Где боги Зетро⁈ Удар… Сознание, разбившись на осколки, в каждом из которых отражается улыбка Карото, подхватывает ветер, наполненный каплями крови, и уносит… уносит…
Кто-то осторожно касается его спины… Эти прикосновения легки и прохладны… Как будто на раскаленную сковороду наносят толстым слоем детский крем… Сергей облегченно вздохнул и открыл глаза. Рядом сидел старичок, державший в одной руке плошку, из которой другой рукой он черпал чудесную влажную массу и осторожно накладывал ее на спину Сергея. Старческое благообразное лицо излучало доброту и какую-то необъяснимую уверенность в том, что лечение не пройдет даром. Целительная мазь почти полностью сняла болевые ощущения. Заметив взгляд подопечного, старик добродушно ему улыбнулся и, приложив палец к губам, прошептал: