После этого они еще с часок поболтали, обсуждая клинки, женщин и предстоящую дорогу. Затем Решетов распрощался с гостеприимным лоретом, уговорившись встретиться поутру, и, прихватив дорогой подарок, направился в свою комнату, чтобы хоть немного поспать до прихода Миланы.
Глубокой ночью он проснулся от ощущения, что кто-то пристально смотрит на него. Открыв глаза, он обнаружил рядом Милану, которая, забравшись к нему под одеяло, тихо лежала рядом и грустно смотрела на любимого человека. Сергей улыбнулся и нежно прижал невесту к себе. Девушка положила свою голову ему на грудь, тоже обняла его и прошептала:
— Люблю тебя…
— И я тебя… прошептал Седой и, приподняв ее голову, нежно припал к губам своей будущей жены.
Эта ночь, последняя перед долгим расставанием, была исполнена грусти и неведомой ранее для обоих нежности. Былая страсть трансформировалась в глубочайшее чувство безграничной любви — они словно слились воедино, противясь грядущему расставанию. Когда Милана издала громкий стон и выгнулась на постели, Сергей тут же излился в ее лоно, уже не пытаясь, как раньше, избежать нежелательной беременности.
— Боги Зетро, как же я хочу от тебя сына! — прошептала Милана.
— Он уже в тебе, — полушутя-полусерьезно ответил Решетов и погладил ее живот.
Когда первые лучи Зетро осветили поверхность Лэйне, Сергей поднялся с постели, умылся и плотно позавтракал. После этого он осмотрел свой арбалет, так сказать — произвел ревизию, и остался доволен состоянием тетивы и направляющей. Затем он надел на себя лучшую одежду, пошитую портным для новоиспеченного гетаро и собрал разные мелочи в дорогу. Последними Седой накинул на плечи ремни ножен — по обычаю байтранцев они были изготовлены так, чтобы носить меч за спиной. Прихватил арбалет и колчан с болтами, оглядевшись — не забыл ли чего, покинул комнату.
В стойле кейсанов он отыскал своего Лондо, набросил на него седло, закрепил ремни, проверил стремена и приторочил свою поклажу к седельным ремням, закрепив арбалет и колчан справа, так, чтобы они, в случае чего, всегда были под рукой. Решетов вывел кейсана во двор и привязывал его к изгороди, когда заметил лорета, несущего свой «багаж» по направлению к стойлу. Увидев Сергея, Мэйти доброжелательно кивнул ему и направился готовить своего скакуна. Через некоторое время он вывел своего, черного, как смоль, кайсана и привязал его рядом с Лондо. Лорет и гетаро ткнулись кулаками и коротко переговорив, направились к хозяину дома.
Легата Отра тоже уже не спал в этот ранний час. Его глаз слегка удивленно осмотрел вошедших — он-то не знал об отъезде лорета Байтрана и собирался переговорить с одним лишь Сергеем.