— Как, уважаемый лорет, Вы уже покидаете нас? — негромко произнес Витаро.
— Да, Легата Отра, — улыбнувшись, ответил Мэйти. — Теперь, после моего неудачного сватовства, я продолжу свой путь в Тиран — там меня ждут дела государственного характера. Искренне благодарю Вас за гостеприимство и в очередной раз заверяю, что не держу обиды по поводу отказа. Так как гетаро Сергей по Вашему поручению тоже направляется в столицу, то мы решили путешествовать вместе. Вероятно, перед отъездом Вы хотели бы переговорить с ним, поэтому не буду мешать и покидаю вас. Еще раз за все благодарю и желаю скорейшего выздоровления. Сергей поведал мне о своей миссии, — глаз Витаро удивленно широко открылся, что не ускользнуло от цепкого взгляда лорета. — Поэтому я постараюсь быть ему полезным в этом деле — я неплохо знаю некоторых из верховных алкадов. Прощайте!
Мэйти кивнул Легата Отра и покинул его покои. Витаро облегченно вздохнул и тихо выругался:
— Задница Зетро, я уж было подумал…
— Что я вчера по пьяни рассказал лорету о том, что еду убивать принца? — улыбнулся Сеодой. — Вы плохо думаете обо мне, папа! — шутливо добавил он. — Хоть он и казался вчера очень дружелюбным, довольно внятно объяснил свое поведение после отказа и даже одарил меня в честь свадьбы прекрасным мечом, он не произвел на меня впечатления человека, которому можно полностью довериться… Да и вообще, наш с Вами план касается только нас и незачем кому-то постороннему знать об этом. Я напросился сопровождать его только благодаря тому, что не знаю дороги, и кто знает — возможно лорет ненароком выведет меня на Сетуса.
— Да помогут тебе боги Зетро, Сергей! Возвращайся с победой, и мы тут же сыграем свадьбу! Карту и провизию тебе отдаст Томасо. Так же получишь у него кошель с монетами на текущие расходы. Удачи тебе, парень!
— Поправляйтесь, Витаро! — ответил Седой и, легко коснувшись забинтованного плеча Легата, покинул комнату. Перед выходом из покоев его ожидал Томасо, который молча протянул Решетову заплечный мешок. Сергей благодарно кивнул ему, принял своеобразный рюкзак из рук камердинера и вышел в коридор, где его уже ожидала Милана. Было заметно, что не так давно девушка уже успела поплакать — глаза ее покраснели и в них до сих пор стояли слезы. Решетов крепко прижал к себе невесту и прошептал:
— Не печалься так, любимая — не на войну провожаешь! — он ласково взглянул в ее глаза. — Я постараюсь как можно быстрее уладить дела и вернуться. Тогда мы немедленно сыграем свадьбу, и ты, наконец-то, станешь моей законной женой, и тебе уже не нужно будет, словно ночной тени, пробираться в мою комнату.