— Я отвечу тебе, если ты скажешь, почему ты — дикий сомбарец ввязался в это дело?
— Я уже говорил — дом Витаро теперь и мой дом. К тому же, я помолвлен с его дочерью и попросту обязан охранять свою семью. Я знал, что наверняка погибну здесь, но позволить продолжать эту травлю я не мог.
Лорет почесал свою бороду и ответил:
— Слушай, сомбарец, я не собираюсь обсуждать с тобой поведение моего брата, хотя меня самого порой коробит от его выходок. Не собираюсь я так же извиняться перед тобой и объяснять — где справедливость. Я верю, что все сказанное тобой — правда, потому что, готовясь умереть, человеку уже нет нужды лгать. Я могу тебе пообещать лишь одно — я серьезно поговорю с Сетусом, будь в этом уверен.
— Лорет! — вскипел Сергей. — Я пришел сюда умереть не ради твоих задушевных бесед с братом!
— И что же ты хочешь, смертник? — в голосе лорета промелькнула нотка восхищения.
— Я хочу, чтобы ты запретил брату когда-либо касаться семьи Отра. Так же я хочу, чтобы ты лично в письменном виде направил Витаро свои извинения за действия твоего брата и обещание, что подобное никогда не повторится. Алкады, покушавшиеся на него, мертвы, так что ты сможешь отправить свое послание с новыми служителями Зетро, которых направят в семейство Отра верховные жрецы. Обещай мне это, лорет, и, умирая, я буду помнить, что ты действительно — Тавр Справедливый!
Тавр с улыбкой покачал головой:
— Я восхищен твоей отвагой, сомбарец! Хорошо, я, лорет Тавр, даю тебе слово, что семейство Отра отныне будет под моей защитой, и, если возникнет такое желание, они могут вернуться в Тиран. Обещаю и отправку письма с соответствующим содержанием. Ты удовлетворен?
— Да, лорет, о большем я и не мечтал! — с благодарностью ответил Седой.
— Да, еще одно… — задумчиво сказал Тавр. — В знак моего уважения к тебе, я позволяю тебе избрать смерть, которой ты хочешь умереть. Хотя мотивы, движущие тобой, понятны мне, покушение на особу кровей лоретов карается смертью — это закон!
— Да, я знаю это, — ответил Сергей и глубоко задумался.
Мир — миром, а помирать — ой как не хочется! И тут в голову ему пришла сумасшедшая мысль, которой он не замедлил поделиться с Тавром.
— Лорет, ты великодушен, и я от души благодарю тебя за это. Позволь мне умереть, как и подобает воину, в бою!
— Как это? — смутился Тавр. — В каком таком бою?
— Слушай, найдутся ли в твоих тюрьмах приговоренные к смерти отъявленные злодеи, клятвопреступники, изменники и убийцы, способные держать меч или любое другое оружие в руках.
— Думаю, что таких полно, — задумчиво ответил Тавр. — Не пойму, к чему ты клонишь, сомбарец.