Я вспомнил, как ловко владелец «Пчёлки и Пёрышка» избавил меня от монеты и лишь хмыкнул.

Внутри банки, в мутной воде, медленно сокращаясь, плавала та же штука, какую мы с Идой нашли в лаборатории Печи, правда в несколько раз меньше, чем виденные ранее образцы.

— Я не разделяю твой восторг, — признался я.

— Ты просто волнуешься перед тем, что должно случиться. Бери пример с древа.

Наступала ночь, я притащил снизу маленький стол, куда мы поставили «трофей», добытый у тиграи, расположившись на свободном участке оранжереи.

— Моя решительность сегодня дала глубокую трещину, — признался я. — Я словно седьмая дочь, которая колеблется и не знает, с чего начать трапезу — с печени или с сердца. Так ли я хочу знать, что принесла Оделия? Тайну Когтеточки? Место, где его нашёл мой брат, а главное — информацию о Птицееде.

Элфи вздохнула и отодвинулась от безучастного микаре:

— Просто ты взрослый и мудрый, поэтому опасаешься последствий для города.

— Для нас с тобой. Для тебя. Я не смогу остановиться, наверное, ещё когда не спросил у Оделии, знал об этом. Поэтому и промедлил тогда, отказавшись принимать правду.

— Но не сейчас, — у неё был мудрый взгляд и знала она меня слишком хорошо.

— Не сейчас, — согласился я. — Потому что, если там то, о чём я думаю, место, указывающее на могилу Когтеточки: я отправлюсь туда. Ради прошлого, ради устремлений брата, ради себя и ради… придумай ещё сотню оправданий для меня, они ничего не значат, потому что я побегу в Ил, теряя башмаки, чтобы поставить точку в этой долгой и, полагаю, совершенно невесёлой истории. А ты пойдёшь со мной.

— Конечно пойду, — призналась Элфи. — А если ты посмеешь оставить меня здесь, то я всё равно найду тебя в Иле.

— Поэтому даже не стану пытаться, — рассмеялся я. — Но ты думала о том, что будет после? Что поднимется из глубин Ила, когда им станет известно, что мы знаем ? Кто придёт к нам и придёт отнюдь не с вопросами и даже не с просьбами?

— Возможно, Осенний Костёр именно этого и ждёт?

— Полагаю, не только она. Я хочу защитить тебя, Элфи, прежде чем в Айурэ нагрянет буря. Вопреки твоим желаниям.

Она моргнула, произнесла:

— Но…

— Я держу своё обещание, данное тебе, когда пропал Рейн. Выполнил всё, что ты просила у меня тогда: дал свободу решать, знания, освободил от условностей и правил, которые бытуют. Отвёл в Ил, в конце концов. Вероятно, на свою голову. Но сделал так, как было правильно. Для тебя, несмотря на то, что не хотел этого. Поэтому и сейчас, мой маленький цыплёнок, что бы я ни думал, не стану связывать твои крылья, запирать в подвале и прятать от внимания мрака. Хотя очень этого хочется.