Два голоса против одного. Я поскучнел, зная, что старик с радостью запрёт за мной дверь, но тот неожиданно сказал:
— Возможно риттер Люнгенкраут оказал Айурэ неоценимую услугу. Я допускаю подобное. Порекомендуйте ему не сбегать в Ил, и пусть радуется жизни. Для молодых пребывать в четырёх стенах должно быть пыткой. Я не буду так жесток.
Два против двух. Остался последний голос.
Лорд Авельслебен из Дома Грача смотрел на меня, а я на него.
— Риттер Люнгенкраут, — он говорил тихо и неохотно. — У аденцев есть сложная игра на доске, где следует рассчитывать ходы, используя тридцать одну фигуру. Если бы мы были участниками этой игры, то вы бы точно стали фигурой песчинки.
— Мой лорд?
— Маленькая песчинка. Вроде незаметная, но влияющая на ходы других фигур. Таково её предназначение. Вокруг вас… закрутилось нечто. И куда это вас приведёт, не имею ни малейшего понятия. И сколько фигур вы снесёте, а может и поставите на доску, не готов угадывать. Я командир и мне приходится разбираться в людях, чтобы знать, на что они способны. У вас много интересных, скажем так, перспектив. Кроме того, за вас просили влиятельные люди из уважаемых домов. Риттер Август Нам, риттер Тим Клеве, ритесса Ида Рефрейр. Жаворонки, Пеликаны, Чайки. Вместе. Об одном и том же. Разве это не удивительные времена? Старшая в вашей семье, ритесса Хайдекраут, вхожа во дворец Первых слёз и люди, которые ей покровительствуют — даже я обязан с ними считаться. Все как один отзываются о вас… положительно. Даже этот субъект, проголосовавший за то, чтобы запереть за вами дверь ещё на месяц, — взмах рукой в сторону Траугесланда. — Полагаю, вы не враг государству. Но, происходящее в городе тревожит меня, поэтому я могу принять лишь одно правильное решение на ваш счёт…
Цикады — существа довольно громкие, хотя, как говорят, их срок жизни после обретения крыльев скоротечен. Сейчас, среди отцветших кистей обстриженных зарослей рододендронов, могло показаться, что время этих насекомых вышло и они умерли одновременно, в мгновение — такая внезапно в саду, у реки, случилась тишина.
Возможно, просто они устали звенеть, а, быть может, дело в наших воплях. Признаюсь честно, мы в какой-то, не самый лучший миг, потеряли контроль над своими эмоциями, утратили воспитание и уподобились людям абсолютно диким, не заслуживающим чести называть себя благородными.
Уж не знаю, кто из нас сорвался первым, но результат, так сказать, разлетелся над Эрвенорд и, полагаю, достиг Шварцкрайе, распугав воронов.
Теперь мы с бабкой сверлили друг друга взглядами, охлаждая наш неуместный пыл, торча на маленьком фамильном кладбище, среди гранитных птичьих перьев редких могил предков.