— Цветок.

Он хмыкнул, отодвинул трёхногий табурет от станка, показывая свою заинтересованность.

— А вот это увлекательно, Раус. А я, признаюсь тебе, спать не могу, когда становится интересно. Всегда знал, что ты оригинальный человек и если уж решишься на преступление, то ради вещи, мимо которой пройдут все остальные. Цветок, значит. Это настоящий вызов. Заказы на кражу цветов я ещё ни разу не получал.

— Ты⁈

Он посмотрел на меня с оскорблённым видом:

— Я битый час распинаюсь, что мне скучно. Ради чего? Конечно, я. И не надо этого скептического выражения на лице, риттер. Надеюсь, украсть надо не банальный солнцесвет?

— Я покажу, что, когда придём туда.

— А вот тут — нет. Тебя я с собой не возьму. Бродить по незнакомому дому ночью — человеку со стороны чревато неприятностями для всех. В прошлый раз, когда я так проводил одних ребят в чужое жилище, кончилось всё не очень удачно. Эту парочку сцапали, я едва успел сбежать. Так что побереги моё старое сердце, дождись меня здесь.

Не то что бы я возражал.

— Слышал про микаре?

Он задумался:

— Они из Ила? Да. Вспомнил. Похожи на медуз.

— Твои познания поражают.

— Я вообще человек, умеющий удивлять других. Работа усложняется, эту штуку придётся тащить в тяжёлой банке. Поговорим о цене?

— Ты ошеломишь меня, если скажешь, что нуждаешься в соловьях.

— К совам деньги. Наш общий друг, так любящий залезать в мои бочки и высасывать эль, точно конь, полагаю уже давно отцвёл. Что там насчёт семян?

Семена были. Они походили на кленовые и как раз начали падать с веток, кружась в танцах, оставляя после себя в воздухе светящиеся полосы. До этого они появлялись лишь раз, три года назад, я пытался ради интереса посадить их, но ни одно не взошло.

— Зачем тебе?

— Я же не спрашиваю, зачем тебе нужен микаре и что ты хочешь с помощью него увидеть.

— Я тебе их и так отдам. Можешь прийти с мешком и собрать сколько нужно.

— Во-первых, это совершенно не интересно. Во-вторых, мне нужно только одно, а не все.

Я вздохнул, показывая, что сегодня моё терпение ничто не поколеблет, и я готов выносить любые странности. Положил перед ним листок с адресом, всё ещё сомневаясь, правильно ли поступаю. Гаррет ловко спрятал его в карман:

— Мастер-вор принимает ваш заказ, риттер. Пусть все пташки в небе будут этому свидетелями. Дайте мне несколько дней. Я сообщу.

— Ух ты! — Элфи прижимала нос прямо к огромной банке, на которой краской было выведено: «Лучшие леденцы магазина „Цукшвердт“. Ананасовые», отчего если смотреть на неё сквозь стекло, получалось довольно забавно и совершенно комично. — Раус! Ты верил, что у него получится⁈