Восставшие лорды обязаны принести мне головы горцев. Количество скальпа зависит от силы дома и активности участия в бунте. Горцы раньше всех чувствуют приближение зимы и заранее запасаются припасами, грабя людей в регионе. Долина не на полную воевала, в конфликте участвовала половина от максимально возможного количества мобилизованных людей. Лордам хватило сил отбивать самые наглые атаки дикарей, но от десятка разоренных деревень и сотен обычных ограблений это не помогло.
Мое решение было встречено волной удивления и воодушевления со стороны бывших мятежников. Они торжественно поклялись выполнить мою волю, считая это плевым делом. Лишь единицы понимали все западню. Если бы горцев было так просто убивать, то они бы вымерли. В итоге, неблагонадежные лорды ведут своих людей решать мои проблемы, да еще и с улыбками на устах, считая, что они легко отделались. Сила оппозиционеров уменьшалась, они решили общую проблему и еще искренне мне благодарны… Королевская гавань все же чему-то научила меня.
Пришлось озаботиться восстановлением следопытов долины, благо все основные приготовления были сделаны заранее и нужно было лишь набрать людей. Вопрос времени, когда они восстановят свою численность и вновь начнут функционировать. Те, кто смог выжить, были распределены по «отрядам карателей» и активно помогать в истреблении своих главных врагов. Хоть и со скрипом, но следопыты существовали уже три года, за это время у них скопилась информация об основных местах обитания горцев. Вскоре эти поселения обратятся в пепел.
— Аксель, — в кабинет без стука влетела моя проблема, — Ты узнал, что происходит в землях мамы? — Светлые волосы Арренов, голубые глаза Талли, орлиный нос, обычное телосложение шестилетки, это был мой младший брат, Робин Аррен.
Когда-то я считал Робина Аррена одним из важнейших людей в моей жизни. Кровь не водица, а отпрыск отца, как ни крути, является моим братом. Что в Нуменоре, что в Вестеросе очень ценилась кровь и родственные связи, поэтому я по определению ценил Робина. Думал, когда встречу своего младшего брата, у меня появятся к нему какие-то семейные чувства, но нет.
Может быть, не забери Лиза его в Винтерфелл, мы с Робином выросли бы вместе и правили бы тоже, ведь он был моим младшим братом. Но произошло то, что произошло. Я вырос, заматерел, окончательно испортился характером, стал вторым лицом государства, и мальчик, представший предо мной, не задевал ничего в душе. Чужой человек с чужими мыслями. Робин ничего не смыслил в реалиях окружающего мира и не хотел. Для него я был бастардом, что захватил его наследие и разлучил его с матерью.