И вот сейчас наступит тот самый «момент истины» — присутствие Черчилля и Рузвельта в Хельсинки чересчур многозначительно. И в «Объединенной Европе» многие влиятельные круги, что под Гитлера «легли», поневоле задумаются. Ведь все прекрасно понимают, что «Еврорейх» в долгой войне не выстоит, «Старый Свет» ограничен в ресурсах, а войну за океан англо-саксы неизбежно выиграют, для того и заключали «Вашингтонское соглашение» двадцать лет тому назад. Они и так ощутимо начинают давить, и везение у немцев с японцами явно закончилось. И первые «перебежчик» в виде Испании появился, что за год дважды сменила воюющие стороны. Многозначительный симптом, как не крути — первая ласточка весны, конечно, не делает, но ее прилет весьма многозначителен.
— Никогда не думал, что окажусь на месте Сталина, и мне придется договариваться с этими прожженными политическими интриганами. Ведь если из тех же геополитических интересов исходить, мы для них не более чем временный политический союзник на короткий момент времени. «Морские державы» всегда стремятся установить свое господство над миром, это их главная цель, как ни крути — стремление к гегемонии. Сейчас оно подкреплено огромным флотом и авиацией, а промышленное превосходство настолько неоспоримо, что после победы над «Объединенной Европой» и ее сателлитами, я имею в виду Японию и некоторые азиатские страны, что после войны они будут диктовать всем свои условия, а доллар станет единственной мировой резервной валютой. Это в тридцатые, после «великой депрессии», он был одной из многих, ведь все страны отказались от «золотого стандарта», а после победы и краха рейха половина всего мирового производства будет именно в США. Половина, Андрей — «мультидержавный стандарт», хотя сейчас, конечно, меньше. Присовокупим Британскую империю со всеми ее доминионами и колониями, «Новый Свет», в котором действует доктрина «Монро» — две трети мирового производства под контролем англо-саксов. Примерно четверть у «Еврорейха» со всеми присоединившимися странами. У нас меньше десятой части в общем объеме, и то благодаря проведенной раньше индустриализации и огромным ресурсам.
Кулик остановился, болезненно пожал плечами, кости ныли. Жданов что-то высчитывал на листке бумаги, быстро черкая карандашом. И подняв голову, в полной задумчивости произнес:
— А ведь Германии невыгодно воевать с нами, как ни крути. Гитлера с нацистами и их стремлением к «жизненному пространству» в расчет можно не принимать. Война с нами объяснима только в одном случае — один на один, вся «Объединенная Европа» против нас. Следовательно, и в четырнадцатом году, и в сорок первом, кто-то немцам дал гарантии, что они могут смело начинать «дранг нах остен». И еще один вариант — союз Европы с нами, это приговор англо-саксам — они сразу потеряют свою доминирование над миром. И как следствие этой политики, вполне объяснимой, неизбежно постоянное разжигание войны на континенте.