— Может быть, нам следует перевооружить наши гросс-крейсера чем-нибудь посерьезнее калибром. Поставить новые башни с одиннадцатидюймовыми пушками, или изготовить новые 240 мм орудия, какие делали для австро-венгерского флота в прошлую войну. И тогда наш «Адмирал Хиппер» станет намного более опасным противником для любого «вашингтонского крейсера», каких много у англичан и американцев. А мы получим более сильную боевую единицу, все равно корабль будет в ремонте, так почему мы ее не провести по лекалу, благо опыт оказался успешным после потопления двух британских быстроходных линкоров.
Гитлер оторопело посмотрел на фельдмаршала, лицо фюрера буквально просияло. Он подошел к «отцу панцерваффе» и покровительственно похлопал по плечу — тот снес это от бывшего ефрейтора с кротким смирением, привык уже к таким жестам и нарочно баловал фюрера таким поведением, ничем не выказывая своего настоящего отношения.
— Хайнц, я поражаюсь тем выводам, которые вы часто делаете. Действительно, почему не перевооружить наши гросс-крейсера пушками Круппа, которые у нас есть. Большая дальность стрельбы в Арктике не нужна, а воевать им придется именно там. Я сегодня же озадачу гросс-адмирала Редера, пусть немедленно сделают необходимые перерасчеты. Ведь наши броненосцы вооружены шестью 28 см пушками, а по водоизмещению они поменьше будут, чем тот же «Принц Ойген» или «Адмирал Хиппер».
— Не знаю, как-то само в голову пришло, мой фюрер, я ведь каждый день думаю над тем, как всячески усилить наши вооружения, — Гудериан лукавил, он специально рассматривал чертежи этих двух кораблей, и получил дополнительную консультацию от тех, кто проводил перевооружение быстроходных линкоров. И в который раз просто отдал мысль Гитлеру — на лавры флотоводца его нисколько не тянуло.
— Сейчас меня больше заботит восстановление былой мощи панцерваффе, ведь у нас ничего не осталось. Мы выгребли и передали вермахту буквально все оставшиеся трофейные танки, массово переделав их в «панцер-ягеры», поставив 50 мм и 75 мм длинноствольные пушки. Все старые «тройки» и «четверки» ушли в Испанию и Африку — там им сражаться с «шерманами» будет сподручнее, на восточном фронте русские приноровились их истреблять. У нас десять танковых дивизий в Германии и Франции, но бронетехники в них только для проведения учебы, и чем их вооружать я не имею представления. Производство совершенно не удовлетворяет фронтовым требованиям, а потому нужно отказаться от одного из четырех батальонов, что имеются в дивизиях, но в оставшиеся три отправлять по шестьдесят «леопардов» — этого будет достаточно, мой фюрер, если провести реорганизацию за самые кратчайшие сроки.