— Жаль тогда котлы не коптили, — вздохнул командир корабля после боя.

Первыми к месту побоища подошли русские бронированные сокрушители. «Саутгемптон» и пара эсминцев шарахнулись в сторону с жалобным воем унося винты. Попадаться под ноги слонам им совсем не улыбалось. За английским крейсером увязался было тихоокеанский «вашингтонец», но его быстро отозвали. Нечего размениваться на мелочи, когда на горизонте дымят куда более достойные цели для восьмидюймовок.

«Бисмарк» шел, зарываясь в волны, в окружении вздымавшихся выше мачт всплесков. Весь в дыму и огне пожаров, выглядел он страшно. На корабле работали только две башни, раз в три минуты в их дружный оркестр включалась башня «Антон» в ней от удара в барбет и близкого взрыва тяжелого фугаса клинили приводы подачи зарядов, элеваторы приходилось проворачивать чуть ли не вручную. На горизонте горел «Король Георг Пятый». Второй линкор выглядел куда лучше. Именно на старом знакомце «Лайоне» Макаров и распорядился сконцентрировать огонь.

Больше в работу бригады своих богатырей вице-адмирал не вмешивался. Ему хватало сводить в целое картину развернувшегося на акватории в тысячи квадратных миль сражения и управлять отдельными отрядами. Все решают большие пушки, им в подспорье толстая броня и мощные турбины. После того как «Бисмарк» обогнули «Шарнхорст» и «Гнейзенау», сходу включились в потеху своими скорострельными двенадцатидюймовками, а на волне внутриэскадренной связи появился бодрый голос командира «Измаила», исход сражения уже не вызывал сомнений. «Король Георг» в бою с немцем потерял командно-дальномерные посты, нарушилась работа центрального поста. Управляясь автономно от башенных дальномеров его орудия не добились ни одного попадания.

Канониры «Цесаревича» уже четвертым залпом поразили вторую башню «Лайона». Снаряд не пробил броню, но от динамического удара погибли люди, большая часть башенной команды вышла из строя, сбились настройки дальномера. Только через полчаса башня дала новый залп. К этому времени линкор уже пылал.

Выжившие рассказывали, что контр-адмирал Эдвард-Коллинз до самого конца оставался в рубке «Лайона». Сэр Фредерик уже пережил один бой с русскими, причем именно в этом районе. Сейчас он делал все что мог и немного больше чтобы спасти как можно больше людей. Именно он приказал командиру «Принца Уэльского» уходить, когда на новом линкоре вышли из строя две башни. Что ж, кептен Луис Генри Гамильтон выполнил приказ, однако долго жалел об этом решении.

Фортуна девица ветреная, у нее семь пятниц на неделе, все с понедельника начинаются. Расстрелявшие одинокий «Бисмарк» британские линкоры сами оказались в его ситуации. Два уже поврежденных корабля дрались против целой эскадры. Даже небезуспешно. «Лайон» сумел дать сдачи своим обидчикам, два тяжелых снаряда прошили палубы и взорвались перед носовым траверзом «Цесаревича». Пробоины, напор воды на переборки вынудили каперанга Молчанова снизить ход, однако и противник давно не мог держать полный.