— Увеличить ход. Полный вперед! — Вадим Степанович повернулся к штурманам за навигационным столиком. — Рассчитайте оптимальный курс на 27 узлов. Державину срочно радио, пусть поднимает ударную волну.
Вернувшись к карте Макаров долго на нее смотрел. Значки вражеских эскадр, сектора возможного перемещения противника, зоны перекрытия авиацией, в целом все складывалось в интересную картину. Чтоб принять правильное решение вице-адмиралу не хватало малого — понять, что не все данные воздушной разведки правильные. Среди его людей тоже никто не сообразил пустить в ход бритву Окама.
Фактически Макаров погнался за сыром в мышеловке, хотя самой мышеловки в реальности не существовало, да и сыр не отличался съедобностью. Все это существовало только в искаженном отражении реальности на штабные планы.
22 сентября 1940. Князь Дмитрий.
В тактическую комнату Алексей и Дмитрий вошли последними. Все участники совещания на месте. Новый начальник МГШ адмирал Петр Новопашенный оживленно разговаривает со своим немецким коллегой Отто Шнивиндом. Беседа идет на английском, увы, пока это международный морской язык.
Алексей наклонился к уху Дмитрия и тихо высказал пожелание, чтоб английский не долго оставался в таком статусе. Князь кивнул в ответ. По его мнению, идея хорошая, правильная, но на реализацию нужно не одно десятилетие. Все же русских многие до сих пор не воспринимают как морскую нацию. Да, это исправляется, но есть нюансы.
— Добрый день, господа. Прошу рассаживаться, — император прошел к своему креслу во главе стола.
Взявшись за спинку, Алексей задумчиво провел ладонью по бородке. Обычное совещание, одно из многих, которые он вел в последние месяцы. Именно обыденность его и нервировала.
— Михаил Александрович, — царь обратился к главкому Ставки. — Кажется, вы перепутали стулья. Прошу занять свое место.
Эта эспада оживила собрание. Дмитрий обратил внимание на взгляды, бросаемые на адмирала Кедрова. Сам главком с чувством собственного достоинства поднялся, собрал со стола документы и записки, подошел к императору.
— Вы уверены, Ваше Величество?
— Естественно. Командуйте, Михаил Александрович.
Адмирал не заставил себя долго ждать.
— Господа, я не прошу тишины. Не для того нас здесь собрал император. Но попрошу господ переводчиков быть предельно четкими и аккуратными в своей работе. Мне нужно, чтоб наши союзники сегодня все поняли, как надо.
В кабинете раздались приглушенные смешки. Намек достаточно прозрачен. Корветтен-капитан переводивший для Шнивинда покраснел, но четко отбил текст на немецком. Марсель-Брюно Жансуль все понял без переводчика, с момента перехода в Мраморное море он настойчиво учил русский, и небезуспешно.