Наблюдатели многомоторного «Кондора» точно определили состав английской эскадры, ее курс и координаты. Единственное, они обнаружили старые линкоры вице-адмирала Тови, а за авианосцы приняли танкеры.

В отличие от своего немецкого коллеги вице-адмирал Макаров к планированию подходил жестко, а к приказам начальства философски при возможности, разумеется. Благодаря умению правильно нарушать, импровизировать по ходу дела он и продвинулся на должность командующего эскадрой флота.

Бригада линкоров еще раз изменила курс. Минут через двенадцать с антенн «Цесаревича» сорвались молнии шифровок флотским кодом. Новые приказы командирам отдельных отрядов. Перестроение смешало стройную боевую сеть русской эскадры. Теперь линкоры шли в авангарде. Авианосная бригада сблизилась с тяжелым разведывательным отрядом «Полтавы», «Воротынский» идет отдельно с эскортом из четырех эсминцев, а крейсерская эскадра Рокасовского потерялась далеко на правом фланге и сильно отставала. Впрочем, ничего из добычи крейсерам на этот раз не попалось. Море пустынно, что уже должно было наводить на определённые размышления. И уж совсем запуталась и потеряла свое место тяжелая крейсерская бригада «тихоокеанцев».

Находясь перед стеной «тумана войны» Макаров распорядился задействовать в качестве разведчиков поисково-спасательные «Пилигримы» с эскадренных авианосцев. Опять совершенно логичное и разумное решение. Эти большие гидропланы в боях и походах использовались мало. На разведку предпочитали отправлять палубных «Рижан», со спасением сбитых над кораблями летчиков справлялись эсминцы, а вылет за недотянувшими до своих палуб людьми на практике оказался весьма рискованным и мало результативным делом. Для таких операций надо чтоб эскадра доминировала и оставалась в районе боя после сражения. Как выяснилось на практике, это фантастика. Впрочем, пилоты гидропланов рисковали, бывало напарывались на вражеские истребители, возвращались с дырами в плоскостях, но вытаскивали из лап Костлявой уже отчаявшихся дождаться подмоги людей с надувных спасательных плотиков.

На практике экипажи «Пилигримов» редко задействовались в разведывательных вылетах, с опознаванием кораблей у них всех дело обстояло посредственно. Лучших штурманов забирали в экипажи штурмовиков и торпедоносцев. Гидропланам доставались парни с маленьким опытом.

В 13–26 одновременно пришли сообщения от патрульного «Острога» и палубного «Пилигрима». Сообщалось о разных соединениях, но в штабе Макарова это не поняли. Наблюдатели несколько намудрили с опознанием.