Некоторое время они молча шли по узкой дорожке. После бессонной ночи и бесконечных переживаний эта тишина казалась удивительно спокойной.
Артем первым нарушил молчание.
— Теперь расскажешь?
Алиса сразу поняла, о чем он спрашивает. Она остановилась возле скамейки, медленно села и некоторое время смотрела на свои руки, будто собиралась с мыслями.
— Я обещала тебе, что расскажу, — наконец произнесла она. — И не хочу больше ничего скрывать.
Он сел рядом, не перебивая.
— Когда я вышла из аэропорта, меня встретил Егор. Он сказал, что в офисе узнали про папу и что он решил отвезти меня в больницу. Я была настолько растеряна, что даже не подумала, почему он вообще оказался там.
Она ненадолго замолчала, вспоминая события вчерашнего дня.
— Сначала мне действительно казалось, что он просто хочет помочь. Только потом я поняла, что мы едем совсем не туда.
Артем внимательно слушал, не задавая ни одного вопроса.
— Когда я попросила его остановиться, он сказал, что нам нужно поговорить. Он был совершенно спокоен... и, наверное, именно это напугало меня сильнее всего. Не было ни крика, ни угроз. Он говорил так, будто действительно верил, что имеет право решать за меня, куда мне ехать и что делать.
Она судорожно переплела пальцы.
— Мне удалось обмануть его. Я сказала, что мне плохо, попросила остановить машину... а потом просто побежала.
На последних словах голос едва заметно дрогнул. Артем молчал. Он сидел, опустив взгляд, и так крепко сжал ладони, что побелели костяшки пальцев.
Алиса осторожно коснулась его руки.
— Артем...
Он поднял голову не сразу. В его глазах не было ни вспышки гнева, ни желания немедленно что-то сделать. Лишь тяжелая, почти физическая боль от осознания того, насколько близко она оказалась к беде.
— Теперь я понимаю, — тихо сказал он. — Понимаю, почему вчера ты не смогла рассказать об этом.
Она кивнула.
— Мне казалось, что если начну говорить, то снова окажусь там.
Он медленно накрыл ее ладонь своей.
— Больше ты там не окажешься.
Она посмотрела ему в глаза.
— Только пообещай мне одну вещь.
— Какую?
— Не позволяй этому человеку изменить тебя. Не позволяй ему сделать так, чтобы ты начал жить с ненавистью.
Артем долго молчал, словно взвешивая каждое слово.
— Я не могу обещать, что забуду.
— И не нужно.
— Но я могу пообещать другое.
Он осторожно сжал ее руку.
— Что бы ни случилось дальше, ты больше никогда не останешься с этим одна.
Алиса ничего не ответила.
Она просто придвинулась ближе и положила голову ему на плечо, впервые за последние дни почувствовав, что страшный сон действительно начинает оставаться позади.