Артем провел ладонью по лицу и тихо усмехнулся.
— Вот ведь лиса...
В голосе не было ни злости, ни обиды. Только бесконечная усталость.
Он еще не знал, что в этот самый момент, за тысячи километров от него, Алиса складывала вещи в небольшой чемодан, снова и снова проверяя время вылета.
Впервые после того предательства, которое когда-то разрушило ее жизнь, она не собиралась убегать.
На этот раз она летела навстречу человеку, которого любила настолько сильно, что была готова рискнуть снова поверить.
Глава 39
Будильник прозвенел в половине пятого утра.
Алиса открыла глаза раньше, чем телефон успел включить мелодию полностью. Казалось, она вообще не спала этой ночью. Несколько раз просыпалась, смотрела на часы, пыталась убедить себя, что еще можно отказаться от этой затеи, остаться дома и сделать вид, будто ничего не произошло.
Но стоило закрыть глаза, как перед ней снова возникало лицо Артема.
Не сердитое. Не холодное.
Самым страшным было именно отсутствие эмоций.
Она медленно поднялась с кровати и подошла к окну.
Город еще спал.
Фонари окрашивали мокрый после ночного дождя асфальт в теплый янтарный цвет, редкие машины лениво проезжали по пустым улицам, а над крышами домов только начинало светлеть небо.
На кухне она машинально поставила чайник и, пока закипала вода, открыла телефон. Никаких новых сообщений. Последний вызов Артему так и остался без ответа. Она уже перестала считать, сколько раз пыталась дозвониться. Двадцать? Тридцать? Наверное, больше. Переписка выглядела болезненно пустой. Ее длинные сообщения так и остались непрочитанными.
Она несколько секунд смотрела на экран, а потом тихо выдохнула и заблокировала телефон. Сегодня словами уже ничего не исправить.
Дорога до аэропорта показалась бесконечной.
Таксист оказался разговорчивым мужчиной лет пятидесяти и всю дорогу рассказывал, как его дочь недавно переехала в другой город, но Алиса почти ничего не слышала.
Она смотрела в окно, наблюдая, как за стеклом медленно просыпается город. Каждый километр словно задавал ей один и тот же вопрос:
«Ты уверена?»
Нет.
Она не была уверена. Совсем.
Она не знала, откроет ли Артем дверь. Не знала, хочет ли он вообще ее видеть. Не знала даже, согласится ли выслушать.
Но впервые за долгие годы ей казалось гораздо страшнее не попытаться. И только сейчас она поняла, насколько сильно привыкла жить в обороне. Никого не подпускать.
Ничего не ждать. Ничем не рисковать. А ведь именно из-за этого она чуть не потеряла человека, рядом с которым впервые за долгое время почувствовала себя живой.
Самолет взлетел точно по расписанию.