— Креона⁈
— Мне не интересны ваши имена, смертный!
— Но Огнезима ты, значит, запомнила? А бросса Малуша запомнить не можешь?
Вьюжара возмущённо открыла было рот, потом захлопнула. Я тут же улыбнулся — есть первая победа, пробил я её бессмертное хладнокровие.
— Ах, да, бросс… Я и забыла о вашем упрямстве. Как и о том, что вы предпочитаете решать всё силой, а не мозгами.
— Так, давай уже перейдём к делу.
— У тебя есть дело ко мне, смертный? Ты же сказал, что тебя здесь ничего не держит.
Тут уже я, открыв рот, сразу же его и закрыл. Да, хитрость, как говорится, не удалась.
— Хорошо, я тебе открою тот же секрет, что познал Огнезим, — Вьюжара приблизила лицо, — Но ты же понимаешь, смертный, что ничего не бывает просто так?
Ничего не бывает в этом мире просто так. Уж кому, как не мне, бывшему Тёмному Жрецу, знать об этом. Но когда я услышал, что хочет Вьюжара, мне даже стало слегка обидно за могучего Холодрага.
У того желание было связано с Вьюжарой, а вот хозяйка горы ни словом не обмолвилась о водяном драконе, сразу заявив:
— Мне нужно ожерелье царицы Хладограда.
— Эээ… — я прищурился, — Чьё? Я не ослышался?
Вьюжара, обернувшись позёмкой, улетела от меня и вновь возникла на троне. Положила ногу на ногу и откинулась на спинку.
— Нет, ты не ослышался.
Я открыл было рот, но странным образом губы хозяйки горы задвигались в унисон с моими.
— «Почему ты не можешь его достать сама? Почему не можешь создать подобное?»
Это я спросил или она сама сказала? А Вьюжара, заметив моё смятение, рассмеялась.
— Глупые смертные, вы всё меряете своими мирскими рамками. Я могу создать себе тысячи прекрасных ожерелий, — она махнула рукой, и пол вокруг меня засверкал россыпью украшений, — Но если я хочу именно то сапфировое ожерелье, которое носит на себе царица Хладоградская, значит, на то есть причины!
— Оно было твоим… — вдруг дошло до меня, и улыбка исчезла с лица Вьюжары.
Дальше я насмехаться над ней не стал, но другого объяснения не было. Духи стихий по сути — полубоги. И здесь, в обычном мире даже имеют больше возможностей, чем настоящие боги.
Чтобы ходить среди людей, превратившись в таких же смертных, им не нужно тратить божественный предел. Они — часть этого мира, и сила их крепко у нему привязана.
Но если Вьюжара сама когда-то отдала это ожерелье взамен за какую-то услугу, то отобрать его она не может. Как ни странно, нарушить своё слово могучие существа не могут, ведь их сила зиждется на их собственной воле.
Нет, конечно, и боги, и духи стихий могут обманывать смертных. Такое происходит сплошь и рядом… Но если Вьюжара честно подарила его, а теперь хочет ожерелье обратно, то она противится своему же собственному решению.