Заросшая причудливыми скалами, со свисающими на недосягаемой высоте наростами, она была настолько огромна, что огненные ворота в шахты кикимор казались на самом деле игрушечными.
Теперь оставалось выяснить, насколько огромен этот самый Всехжрать… К счастью, с каждым шагом я чувствовал, как свободно вздыхают мои чакры — давление Мыслесвета и вправду уменьшалось, и вскоре я смог вызвать и запустить над нами освещающий огонёк.
Ну, на первый взгляд, всё не так уж и плохо…
— Да твою ж вялую Бездну!!!
Я нёсся со всех ног, огибая скалы и выступы, торчащие по всему дну пещеры. К несчастью, тут дорога была усыпана и более мелкими шипами, об которые легко было споткнуться. Если бы не зрение Кутеня, я бы давно уже напоролся и окрасил острые зубья бросскими кишками.
Цербер нёсся рядом, злобно рыча. Не привык он, что нельзя спокойно превратиться в тень и улизнуть от врага.
А что Холодраг? А старый хитрый дракон просто исчез, и я понятия не имел, где он. Зато я прекрасно знал, где этот сраный Всехжрать. Позади!
Громадная махина, которая когда-то, в далёком магическом детстве, явно была кикиморой. Но что-то с ней случилось — то ли магических пород пережрала, то ли богиня Морката отсыпала лишней силы — и теперь она представляла из себя громадное зубастое и когтистое нечто.
Тварь эта, как и кикимора, отдалённо напоминала белую гориллу, если бы та имела в родственниках мёрзлую жабу или даже черепаху. Шея у твари была очень короткой, а спину её венчал настоящий гребнистый панцирь, между лопаток превращающийся в мощный и длинный рог, нависающий над головой. На этот рог Всехжрать могла бы спокойно насадить нас с Кутенем вместе, причём вдоль, а не поперёк.
Размера же сама тварь была такого, что могла бы схватить меня передней лапой и спокойно выбрать — раздавить меня или просто отгрызть голову, ибо клыки у твари ни в чём не уступали когтям.
Но самое гнусное — панцирь её, как и рог, светился тем же самым фиолетовым цветом, что и камень Мыслесвет в пещере кикимор. А вот глаза твари, как ни странно, никаким разумом не светились. В них читалось только желание нас сожрать.
Теперь-то я понимал, что магу как таковому сложно победить Всехжрать. Рядом с ней даже магистр терял способность к колдовству. И хорошо, что я это понял ещё до того, как тварь вылетела на нас из-за скалы.
Всего минуту назад дорогу нам подсвечивал подвешенный над головой огонёк, поэтому я вовремя заметил, что даже от этой простенькой магии у меня начало темнеть в глазах. Вернулись все те же ощущения, что в пещере кикимор, и рисковать, чтобы свалиться в обморок перед тварью, я не стал.