— Где Дмитрий? — глухо спросил Андрей.
Гена нахмурился:
— Уехал около часа назад.
— Куда?
— Не сказал.
Я уже хватал ключи со стола. Лиза резко шагнула ко мне:
— Женя, подожди…
— Нет.
— Ты не можешь ехать один!
— Могу.
Андрей поднялся:
— Я с тобой.
— Нет, — жёстко отрезал я. — Если это правда… я должен услышать всё от него сам.
Никто не успел меня остановить.
Через десять минут я уже мчался по мокрым ночным улицам к дому Дмитрия. Дождь хлестал по лобовому стеклу, превращая дорогу в чёрное зеркало. Фары выхватывали только пустую трассу, мокрые деревья и редкие огни.
В груди билась одна-единственная мысль:Пожалуйста, пусть это будет ошибкой .
Но когда я подъехал, внутри всё окончательно оборвалось.
Свет в доме не горел. Машин во дворе не было. Ворота стояли нараспашку — будто уезжали в панике.
Охранник у входа нервно переминался с ноги на ногу.
— Евгений Михайлович…
— Где Дмитрий? — резко спросил я.
Тот отвёл взгляд. Этого было достаточно.
— Дмитрий Сергеевич уехал час назад.
— Куда?
— Не знаю.
Ложь. Я видел это сразу.
— Когда вернётся?
Охранник помолчал, потом тихо ответил:
— Боюсь… не скоро.
Дождь лил за шиворот, стекал по лицу, а я стоял посреди пустого двора и вдруг очень ясно понял одну страшную вещь:
Дмитрий убегал не от Воронцова.
Он убегал от нас.
Глава 36.
* Женя *
Дом почти не спал этой ночью.
В гостиной догорал камин — последние угли тлели тускло-красным, отбрасывая дрожащие тени на стены. На столе застыли остывшие чашки с тёмными кольцами от кофе — следы бессонных часов и тревожных размышлений. Воздух был тяжёлым, пропитанным усталостью и липким, почти осязаемым напряжением.
Все вымотаны до предела. У Андрея глубокие тени под глазами, плечи напряжены, пальцы то сжимаются в кулаки, то разжимаются. Игорь меряет шагами пространство у окна — резкие развороты, короткие движения, будто внутри него бушует буря, которую он едва сдерживает.
— Ехать ли вообще на эту встречу? — устало произносит Андрей, проводя рукой по лицу. — Отдавать фальшивую папку или… может, просто исчезнуть?
— Исчезнуть не получится, — жёстко отрезает Игорь. — Воронцов уже знает слишком много. Он найдёт нас где угодно. Даже на краю света.
Я молча стою у окна. За стеклом сереет сырое утро, дождь монотонно стучит по крыше, словно отсчитывая последние часы перед бурей. Капли медленно ползут по стеклу неровными дорожками — как слёзы, которые никто из нас не позволит себе пролить.
— Мы должны приехать, — тихо говорю я.
Оба поворачиваются ко мне. В их взглядах — смесь удивления и ожидания.
— Если мы не появимся, Воронцов сразу поймёт, что мы играем против него, — продолжаю я. — И тогда он не станет ждать. Ударит первым. И ударит так, что мы даже вскрикнуть не успеем.