— Камеры.
Тот коротко кивнул:
— Сейчас проверю.
Следующие десять минут тянулись невыносимо долго.
Игорь вдруг резко выдохнул, будто его ударили:
— Дмитрий.
Андрей мгновенно вскинул голову:
— Нет.
— А кто ещё знал про архив? — зло бросил Игорь. — Он знал всё с самого начала. Крутился рядом двадцать лет. Именно он свёл вас с Лизой. Именно он первым начал нервничать, когда всплыло имя Воронцова.
У меня неприятно сжалось внутри. Потому что я и сам уже думал об этом. Но мысль была настолько мерзкой, что мозг отказывался принимать её полностью.
Дмитрий… Человек, который помогал маме после смерти отца, привозил продукты, когда она неделями не вставала с постели. Человек, который сидел со мной на кухне и говорил, что отец гордился бы мной. Неужели это он?
Лиза вдруг тихо подняла голову:
— Он ведь знал про нас ещё до того, как Женя сам сказал.
Все посмотрели на неё. Она нервно сглотнула:
— Тогда, после слежки… Дмитрий сразу понял, о ком речь. Хотя не должен был.
Внутри всё похолодело. Она была права.
Чем больше я размышлял, тем тревожнее становилось. Слишком много совпадений. Слишком часто он оказывался в нужное время в нужном месте.
Андрей тяжело опустился в кресло и закрыл лицо руками.
— Господи… — глухо выдохнул он.
Видимо, не хотел складывать эту картину до конца.
***
Гена вошёл в кабинет с ноутбуком в руках.
— Есть запись.
Мы мгновенно столпились вокруг. На экране — чёрно-белая ночная съёмка коридора. Время: 02:47.
Человек шёл спокойно, почти не спеша. Капюшон, тёмное пальто, лицо почти не видно. Но походка… Уверенная, хозяйская. Он открыл дверь кабинета Андрея, будто делал это уже сотни раз, и вошёл внутрь. Через несколько минут вышел уже с серой папкой под мышкой.
И в этот момент мама тихо, надломленно выдохнула:
— Нет…
Мы все резко обернулись к ней.
— Что? — напряжённо спросил Игорь.
Мама медленно подняла дрожащую руку и указала на экран:
— Часы.
Когда человек на секунду поправил рукав, на запястье блеснули знакомые металлические часы с тёмным циферблатом. Я видел их сотни раз.
В кабинете повисла мёртвая, звенящая тишина.
Лиза медленно повернула голову и посмотрела на меня. В её глазах было такое же понимание, какое только что обожгло меня изнутри.
Телефон в моём кармане резко завибрировал. Неизвестный номер.
Я открыл сообщение:
«Три дня превращаются в два.»
По позвоночнику пробежал холод. Следующее сообщение пришло почти сразу:
«Теперь архив ищет не только Воронцов.»
Я медленно поднял глаза. И впервые по-настоящему осознал, насколько глубоко мы увязли. Мы даже не представляли, сколько людей на самом деле замешано в этой истории.