«Нам нужно перестать видеться на время», — эта фраза не давала мне покоя. В ней не было ни раздражения, ни сомнений, ни равнодушия. Только страх. Теперь я ощущала его слишком ясно.
Я поднялась с кровати и медленно начала ходить по комнате. Мягкий ковёр приглушал шаги, но внутри меня всё было напряжено до предела. В памяти всплывали отрывки последних дней: тревожные взгляды родителей, ночные разговоры за закрытыми дверями, охрана у ворот, чёрный «Мерседес» у салона, разбитое лицо Жени.
И папка.
Я вдруг снова увидела, как Андрей открывает сейф. Как достаёт пожелтевшие документы и фотографии. Как меняется его лицо.
Все вокруг знали правду: мама, Игорь, Андрей, даже Дмитрий. А мы с Катей...все это время жили под стеклянным колпаком.
Только нас продолжали держать в стороне, как детишек, которые ничего не способны понять. От этой мысли внутри поднялась такая злость, что стало трудно дышать.
«Если они не хотят говорить со мной честно — я узнаю всё сама», — решение пришло неожиданно спокойно. Будто где‑то глубоко внутри я уже давно была к нему готова.
***
Дом постепенно затихал. Внизу ещё слышались приглушённые голоса охраны, хлопнула дверь кухни, потом всё окончательно погрузилось в ночную тишину. Часы на стене показывали почти два.
Катя крепко спала.
Я накинула кофту, осторожно открыла дверь комнаты. Коридор оказался пустым. Только слабый свет ночников согревал стены длинными полосами. Пол тихонько поскрипывал, и каждый звук казался оглушительным.
Медленно спустилась вниз. В кабинете Андрея света не было. Лишь вспышки молний иногда выхватывали из темноты книжные шкафы и плотные шторы.
На мгновение я замерла перед дверью. Сердце колотилось так сильно, что пальцы дрожали. Это было неправильно, я осознавала это. Но ещё яснее понимала: если сейчас отступлю, останусь в неведении навсегда.
Я осторожно нажала на ручку. Дверь открылась почти бесшумно.
В кабинете пахло табаком, кофе и старой бумагой. На столе стоял стакан с недопитым виски, рядом лежали документы и очки Андрея. Он явно ушёл отсюда недавно.
Мой взгляд сразу остановился на сейфе у книжного шкафа. Несколько секунд я смотрела на него, пытаясь успокоиться. Потом подошла ближе и провела пальцами по холодному металлу.
Код. Конечно.
Я нервно закусила губу и попробовала набрать дату рождения мамы. Ошибка. Потом — свою. Ничего. Сердце забилось быстрее. Я уже собиралась закрыть сейф и уйти, когда вспомнила папу и его дату рождения.
Пальцы дрогнули, когда я набирала цифры.
Щелчок прозвучал оглушительно громко. Я замерла. Сейф открылся.