Наруто потрогал один пальцем. Ни боли, ни тепла. Просто чужой знак.
Он потянулся к игле по привычке, наверное, в тысячный раз за эти дни. Ничего. Он опустил рубашку.
***
Ирука ждал его в коридоре.
— Как ты? — спросил он.
— Нормально.
Ирука долго смотрел на него тем учительским взглядом, которым смотрел на него в академии, когда Наруто говорил, что сделал домашнее задание.
— Наруто.
— Ну... не очень нормально, — сказал Наруто. — Но жить можно.
Ирука сел на скамейку у стены и похлопал рядом. Наруто сел.
— Это экзамен на чунина, — сказал Ирука. — Здесь всегда «не очень нормально». Знаешь, сколько команд дошло до башни? Семь из двадцати шести. Остальные или сдались, или ранены, или... — Он не договорил.
— Семь, — повторил Наруто.
— Ты в одной из семи. Ты дошёл.
— Я половину пути лежал, — сказал Наруто. — Или висел. Меня Сакура тащила. И Саске. И Ли с бровями. И Ино вселялась в чужих людей. А я лежал.
Ирука помолчал.
— А кто вас вывел из гендзюцу у башни? — спросил он.
Наруто моргнул.
— Откуда вы знаете?
— Экзаменаторы следят за лесом. Через птиц. Не за всем, но за подходами к башне — да. Я видел отчёт. — Ирука смотрел на него. — Генин Узумаки определил, что команда ходит по кругу, по счёту шагов. Генин Харуно определила гендзюцу. Генин Узумаки определил расположение трёх противников по направлению кунаев и распределил цели. Генин Учиха взял лишний свиток. — Он помолчал. — Это не «лежал», Наруто.
Наруто смотрел в пол.
— Без... — начал он и осёкся. — Без того, что у меня обычно есть, я как будто голый. Я раньше всегда знал, что могу. А сейчас не знаю.
Ирука не спросил, что «обычно есть». Наруто был ему за это благодарен.
— Когда я был маленьким, — сказал Ирука, — у меня были родители. А потом их не стало. В одну ночь. И я тоже стоял голый. Ничего не мог. Ни есть, ни спать, ни учиться. Я хулиганил. Строил из себя клоуна. Чтобы на меня смотрели, а не на то, что у меня внутри. — Он посмотрел на Наруто. — Тебе ничего не напоминает?
— Немножко, — фыркнул Наруто.
— А потом меня учили. И я научился. Без них. Не так, как с ними. Но научился. — Ирука положил руку ему на голову. — То, что у тебя пропало, может, вернётся. Может, нет. Я не знаю. Но ты сегодня вывел свою команду из гендзюцу, считая шаги. Это ты. Не то, что пропало. Ты.
Наруто сидел под его рукой и не шевелился.
— Спасибо, — сказал он наконец.
— За что?
— Не знаю. За всё.
Ирука засмеялся и убрал руку.
— Иди поешь. Тут кормят. Плохо, но много. Чоджи уже третью тарелку берёт.
***
Чоджи действительно брал третью тарелку.
Столовая в башне была длинной, с деревянными столами, и за ними сидели все, кто дошёл: семь команд, двадцать один человек. Наруто смотрел на них, как смотрел на зал Ибики, и запоминал.