— Ну! — выкрикнула Варна. — Долго смотреть будете?

Никто ей не ответил, жители даже не смутились, так и смотрели. Щуплый мужичок подошел ближе и сказал:

— А вы-то тут как оказались? Уходите. — Он замахал руками. — Давайте, пока она вас…

— Опять гостей моих прогоняешь?

Голос тихий, но властный; услышав его, люди разбежались кто куда. Мужичок дернулся, сложился пополам в поклоне и, так и не разогнувшись, попятился в сторону дома. Варна взглядом отыскала женщину, появление которой всех так напугало, и, к своему удивлению, обнаружила пухлую серолицую бабку. А ожидала увидеть вечно юную ведьму.

— Пошли, что встали? — проворчала бабка. — Знаю я, зачем вы тут, да только никак в толк не возьму, чего вы к нему пристали. Ну ищет он своей судьбы, а вам-то что?

Дом бабки был покосившийся, старый и черный. Крыша просела, вокруг росли кусты и мрачные деревья. Лошадь пришлось оставить у входа, Варна погладила ее и пообещала вернуться. Судя по взгляду, животное ей не поверило.

Внутри было сыро, пахло плохо — смесью гнилого лука и немытого стариковского тела. С потолка свисали связки трав, в стене зияло затянутое пузырем окно, свет почти не попадал внутрь. Стол, на столе свеча, два стула рядом, чуть поодаль печь — и все, больше ничего нет.

Бабка прошла к освещенному кругу, оставляя за собой грязные следы, села, сложила руки перед собой и уставилась на гостей. Один глаз у нее был белый, скорее всего ослепший, зато другой — яркий, голубой, не взгляд, а бритва. Варна села напротив, Дарий встал за спиной.

— Ну? — требовательно спросила бабка. — Чего принесло вас? Кто вас звал?

— Мы ищем…

— Да знаю я! — перебила хозяйка. — Вот и спрашиваю: кто вас звал? Его, я знаю, манило сюда всю жизнь, а вы-то что?

— Он наш друг. — Варна сама не понимала, ложь это или нет.

— Друг? Ай, не смеши! — Бабка осклабилась. — Чрево твое огнем горит, друг, ох, знаю я таких друзей!

Варна думала, что смутить ее невозможно, но ее щеки густо покраснели.

— Кто ты такая? — Она решила перейти в нападение. — Ведьма?

— Конечно, как иначе-то? — Бабка деловито закивала. — Сами не знаете, что ли, что в Пади только наш род обитает? И все равно приперлись, ай, молодые, в голове ветер… Ну, раскинем камушки?

Не успела Варна понять, о чем речь, как бабка ловко кинула на стол несколько обточенных гладких камешков. На каждом была вырезана руна, таких ей видеть еще не доводилось.

— Ну и узел! — охнула старуха. — Что за страсти! Сразу видно, что Зверь лапу на судьбу наложил. Столько событий с иными и за всю жизнь не случается, а ты с молодых ногтей из огня да в полымя. А то я думаю: пахнешь как наша, а на вид охотница. Понимаю, понимаю… — Она перевернула камень. — Руну видишь? Ты думала, что вас трое, а вас четверо было.