По церкви в то время поползли слухи о том, что новобранцев Светозарных связывает нечто большее, чем общие занятия. Только вот сплетники шептались о чувствах, которых не существовало. Варна со Святом были кем угодно, но не возлюбленными. Каждый бой заканчивался полным изнеможением, желание обскакать другого затмевало разум. Они постоянно боролись за первенство, кусали друг друга злыми словами, и не было в этом никакой любви. Поэтому он ей и нравился — равнодушный, отстраненный, не принимающий на свой счет ничего, ни хорошего, ни плохого. Со Святом всегда можно было договориться, размышлял он свободно, без груза чувств и эмоций, как и она сама. Гореслав оказался прав: доведись им работать в паре — они превратились бы в смертоносный вихрь, устоять под натиском которого не смог бы никто.

— Зачем мы здесь?

Варна нагнала Свята, как только поняла, где они находятся. Он скользнул по ней взглядом и сказал:

— В ту сторону ведет только одна дорога.

— Это просто совпадение, хочешь сказать?

— Уже сказал.

Покосившийся указатель с давно стертой надписью, заросшая травой дорога, которую медленно поглощала природа, осевшие дома впереди — пейзаж был настолько знакомым, что сердце сжалось. Сколько еще раз ей придется возвращаться сюда?

По всем землям западнее княжества были разбросаны покинутые жителями деревни и села. Причин для переезда хватало всегда: воды не осталось, лес подступил слишком близко, нечисть одолевает, неподалеку построили город. Иногда люди бросали дома из-за болезней, боясь заразиться неведомой хворью.

Эта деревня опустела мгновенно — вот все были живы, а в следующий миг уже померли. Здесь родилась Варна, здесь переродился Дарий, здесь Рослава обманом заставила глупую девчонку участвовать в страшном колдовстве.

— Есть ли место, которое я ненавижу сильнее? — пробормотал Дарий.

— Аминь. — Варна спешилась, увидев крышу родного дома. — Как думаешь, они…

— Думаю, да. — Он все понял без слов.

— Привал! — выкрикнула она.

Время беспощадно, природа берет свое — сквозь дома и заборы проросли кусты и молодые деревья. Колдовство не тронуло землю, только людей, но вряд ли здесь скоро появятся новые жители: еще была жива молва о том, что случилось.

В доме пахло лесом и травой, из-под пола проглядывали сочные ростки. На полу под полусгнившим столом валялись кости — останки ее батюшки. У печи примостился еще один скелет, сохранившийся почти полностью, — упавшая навзничь женщина. Люлька была полна пыли, пожухших листьев и прутиков, какая-то птица пыталась свить в ней гнездо.

Медленно ступая по отсыревшим доскам, Варна прошла в комнату и остановилась на пороге — на кровати, все еще укрытый, лежал Красимир, вернее, то, что от него осталось. Она откинула край одеяла и поморщилась — под скелетом темнело зловонное пятно.