А-Таир с гордостью рукой повел, мол — смотри, гость дорогой.
Я кивал, холодно на все глядючи — и бровью не дернул.
До момента, как голос знакомый сбоку не услышал.
— Княжич, добренький… — Окликнули меня.
Повернулся — в клетке утлой, лицом к ней прижавшись, смотрит на меня девчонка с парома. Соя ее звали, кажется.
За ней — мать ее сидит с лицом будто мертвым, да синяк на ней на пол лица. Рядом отец лежит, избитый, да дышит тяжело. Братья — числом двое — те спинами друг к другу сидят и ничего не ждут. Других людей тоже много — но молчат все, надежду потеряв. Только Соя зовет.
Сам не понял, как снадобье прокусил. Кинжал, что неудобно лежал, в левой руке оказался — и весь льдом покрытый, затылок княжичу А-Таиру пробил, из глаза его выйдя.
Еще движение — и голова та по полу покатилась.
Лязгнуло железо — ближники кинжалы похватали, а у советника нож в руках блеснул. Да отпрыгнули от меня, глядя напряженно и зло.
— Замерли все. — Дыхнул я холодом. — Завершен суд Хозяев. По нему небрежение княжича А-Таира прощено не было.
Переглянулись ближники, да все одно подступаться стали, решая, как ловчее меня прирезать. А глаза советника сузились — тот железо метнуть желал да в ноги броситься.
— Предстоит иного княжича из вас выбрать. — И не пошевелился я.
— Сейчас выберем, — бормотал советник. — Только потроха тебе выпущу, так и выберем… Братцы, обходи, обходи его! Ложный это А-Шеваз, а я сразу говорил! Возница его к Рэму бегал, а княжич не верил мне!
— Возница Рэму служит, это верно, — кивнул я. — Да зачем мне пса его со следа стряхивать? Чтобы двух ко мне приставил? Твой княжич, поди, так и говорил.
— А узнаем. Все узнаем, как тебя резать начнем. Все одно отсюда не выберешься!
— Спроси лучше, как княжичем один из вас стать может.
— Никак не может, — хохотнул он. — Зубы-то не заговаривай! По крови родство.
А все одно — не бросались они, ибо страшно.
— По крови, — кивнул я. — Скажи, княжна ведь непраздна?
Ибо с чего А-Таир, о хвори ее говоря, улыбался радостно, да заботой окружал, пока шли?..
— И что с того? — Прикрикнул один из ближников, Нер его звали.
— Значит, сын ее княжичем станет. А муж при ней — до совершеннолетия править будет. А-Таиром его звать станут. Не так, разве?
Блеснул клинок совсем рядом, да рукав мне резанул — но брони холода не одолел, сильное сомнение в другом из ближников породив. Ибо со вторым тот переглянулся.
— Будут. Да только мы княжне верны! — Размеренно дышал советник. — И твою голову ей принесем.
— Весть печальную один из вас ей принесет. Да отдушиной будет, на грудь слезы ее примет. А там, ежели не дурак, не растеряется и чем-то большим станет. — Кривил я лицо в улыбке, на молодых ближников глядя. — Али не засматривалась она на вас?