— Никогда княжна другого не примет! И в смерти верна останется! — Твердил Рин неугомонный, губы облизывая.

— Когда кто девку спрашивал, что она хочет? — Рассмеялся я. — Подол на голову — и ежели позора не хочет, молчать станет. Ты, старый, не лаской, так другим возьмешь.

— Режьте, его ребята. Разом надо, ну!!! — И, пример подавая, советник топнул, вперед движение обозначив.

А как справа ближник Хот в атаку пошел, в спину под сердце ему нож воткнул.

Заорал Нер, такое увидев, да уже против двоих стал кинжалом отмахиваться. И к выходу попятился.

— Дурак, — мягко обратился к нему советник Рин. — Я же за тебя выбрал, чтобы княжичем тебе быть. А я советником твоим останусь — ко мне уж и княжна привыкла, и дворня знает, кто я есть.

— Ты Хота убил!

— Ну да. Ты же не стал бы друга своего резать, так? — Опустил советник нож. — С коим и к княжне наведывались да разговоры всякие говорили, что слышать стыдно?.. Ведь не любила она А-Таира. Ты ей нравился всегда. А сейчас — так уж вышло, счастье только забрать нужно.

— Ты! Ты предал!

— Разве я княжича убил? Это Хозяев решение. С них решил спрашивать, никак? — Прищурился советник.

И замотал тот Нер головой, явно с тем несогласный.

— Тогда прими, что они сказали. Княжичу А-Таиру — быть. Ибо товар идти на юг должен, так? — Ко мне Рин обратился.

— Три дня мне назвали. Но лишний день на утехи постельные дам. — Усмехнулся я. — Ну и труп сжечь с почестями — тоже день, — пнул я мертвеца.

— Иди сюда, Нер, не бойся, — грустно смотрел советник на безглавого А-Таира. — Кончилось уже все. Не нами решено, но тебе на пользу. Работы много предстоит — мне одному не управиться. Иначе ведь все на костер пойдем, ежели орать по углам станешь.

Сдался тот, понурился, ближе подошел.

— Силу бы извлечь. — Смотрел он на господина своего бывшего. — Не себе, но сыну передать.

— И это надо успеть, пока к матушке-Тьме не ушла. — Согласен был Рин. — С собой ведь у тебя все?..

— Положено всегда с собой носить. — Буркнул тот, кинжал убирая. — Эх, что за напасть…

— Да еще какая, — советник назад сдвинулся, да за шею Нера схватив, принялся быстро-быстро ему лезвие ножа в печень засовывать.

И орал тот ближник, и вырваться пытался — да советник хоть и стар, но не выпустил, пока тот не стих.

— Все, один остался я. — Тяжело дышал старик Рин, весь кровью залитый. — Из меня княжича выбирай. Ибо я все дело и сделал! Я его отца извел! — Пнул Рин бедолажный труп. — Я его воспитал в любви к золоту и вину, чтобы дело наше полюбил! Я все дело поставил! А они только жрали и по девкам ходили! Обещает он три дня! — Заорал советник, вновь княжича пнув. — Будто пьяным ритуал совершать станет! Я все делаю! Я сырье нахожу! Я придумываю, как на юг переправить! И княжну, дуру такую, мигом сломаю! Ежели выродка своего родить хочет! — Осклабился он.