Округлились глаза травника, да обида на лице показалась.
— Так, княжич, кошель ведь ты мой весь забрал…
— А долг твой я сам этому Роху занесу. Когда там у тебя срок выходит?
— В конце седьмицы. Да я сам отнесу, княжич! Чего тебе этим человечком мараться?
— Глупый ты, Вит. Я же наградить тебя хочу — разве не услышал? — С усмешкой произнес я. — А этот Рох и без того Хозяевам много должен. Поговорю с ним вдумчиво — да и простит он тебе долг, я так думаю. А я тебе за службу твои четыре дюжины золотых потом занесу. Ежели расстараешься и сделаешь все верно, конечно же. Ведь воры эти — не завтра так послезавтра встречи искать со мной станут, так думается мне. — Задумчиво я вымолвил.
Ибо до убийства княжича Островного — я Рэму живым нужен. А вот после… Как в письме-то писано?.. «Рэм помочь обещал…»
— Щедр ты, княжич! Ох, щедр! — Обрадовался травник. — А я — ей же ей — все сделаю! Не сомневайся!
— Ты чего тогда на полу расселся? Список пиши, — кивнул я на стол. — Мне еще предателя искать да на суд Хозяевам это визжащее от страха тело тащить… — Добавил я с отвращением.
Что изрядно Вита ускорило — тот на четырех костях стол обогнул, да уже там поднялся. И строчить принялся споро, только уточнил до того все-таки:
— А что писать-то, я так и не понял?
— Имена всех, кто Хозяевам служит, да на костер не отправился. И причину, отчего так вышло — как сам думаешь. Кляксами и красивыми словами пренебреги — времени у меня немного.
А пока тот писал, от старания и усердия язык закусив, крутил я мрачные мысли по голове.
О том, что уготовано мне — ежели ничего не делать.
И о том, отчего такую гадость мне подсунули странную вместе с зельем моим. Ведь знал Рэм, что не часто я его применять буду — да и вовсе за поход не стану! Не должно было быть у каравана проблем — их купец Сав сам себе отыскал. А значит, и зелье не должно было быстро надо мной волю получить. Да и вовсе — раскусил бы я его только в гостях у князя Островного, чтобы с ним быстрее управиться. И силу оно бы мне дало — то верно… Но никак не привычку плохую.
Потом — ежели после княжича меня А-Руве насмерть убьют, то опять — с чего бы золото тратить на добавку ценную?..
Выходило, что приворот и не нужен. А вот сила — ту мне добавят, пусть и без моего на то желания.
Странно оно все…
Выходил от травника уже затемно — короток зимний день. В ином городке вместе с заходом солнца и жизнь, посчитай, до утра смолкает — только если по нужде великой в темень ехать захочешь. Можно, конечно, вознице фонарь дать — пускай над головой вешает да правит, куда ему видно. Но там, куда приедешь, все одно скорее всего спят — толку глаза ломать, когда разглядеть ничего нельзя. А лампы жечь — недешево, проще уж утра дождаться.