Бритц вышел на холод и затянулся любимой курительной смесью, пытаясь удержаться сознанием за этот дым.
Шрамы Улы в его ладони. Казнь. Пари. Землярка. Удар.
«Дай-ка на зрачки твои взгляну».
Он успел затушить сигарету о клинкет медблока и съехал по стене на лёд. Через полчаса, когда о серый обморок споткнулся лаборант, доктор Изи распорядился подготовить четвёртую палату. И беззаботно насвистывая, ввёл номер отощавшей страховки рой-маршала уже по памяти.
Ещё не вполне понимая, как такое возможно, я сидела в каюте гломериды. А Бритц сидел напротив. А между нами на столе лежал прозрачный браслет ши, который я игнорировала.
— Ты не могла бы выкинуть из головы всё, что я говорил на утёсе?
Это он пошутил так. Это у него шутки такие.
Последнее, что я помнила, — серые камни у лица. И кровь. Брызги крови на льду. Ужас и чернота. Потом почудилось затхлое тряпьё, забухтели голоса, полилась вода и поспела земляника — иными словами, явились все порядочные атрибуты загробного мира. Пока я вдруг не проснулась в белой и светлой палате. В голове сквозняк, в мыслях ветер. Доктор Изи подозрительно учтиво рассказал, что под утёсом был буфер гравитации, который поймал и затормозил меня в миллиметрах от камней. И что сейчас уже полдень. И что Волкаша тоже помиловали. И что нужно спать, а не бегать по палате с безумными глазами. Я ответила, что безумная теперь вся, целиком, и рассмеялась так, что доктор задорно влупил мне снотворное.
Поздно вечером Ёрль отвёл меня в каюту Бритца. Весь в колючках, вечно мрачный Ёж производил впечатление куда уютнее, чем свежий, накрахмаленный палач с мягкой улыбкой. Я вдохнула поглубже:
— До конца своих дней не забуду. Хочу, чтобы тебя бешеные собаки драли, а твой труп отымел бугль.
Бритц пожал плечами:
— С моим-то образом жизни не удивлюсь, если всё так и будет.
— Зачем ты оставил нас в живых?
— Бой шиборгов, — он выложил на стол буклет с анонсом и подвинул ко мне. — Послезавтра состоится поединок между Волкашем и Лео Замардино — это шчер Альды Хокс.
— Лео Замардино… Звучит как чемпион галактики.
— Так и есть. Мне нужны твои мозги.
— Мог бы просто собрать их с камней, зачем усложнять?
На первом же развороте Лео Замардино крупным планом выдавливал глаза пауку-голиафу. Кайнорт захлопнул страницу и забрал буклет.
— Если Волкаш победит, получит свободу.
— Ты не слышишь? Нам не победить чемпиона галактики!
— Значит, Волкаш умрёт на ринге, — он помолчал, но видя, как я снова погружаюсь в ступор, добавил раздражённо: — Ула, он пятиметровый, чёрт возьми, скорпион. Альда собиралась оставить его себе взамен пожухлого Лео. В зените славы Замардино был лет двадцать назад.