— Но род не должен пострадать, — возразила Акади.
— Безусловно. Не должен.
Минуту они смотрели в глаза друг другу, понимая и прощаясь. Потом Акади медленно опустилась на колени. Отец сделал небольшой шаг к ней, и на его руке загорелась белая печать.
— Изгоняю, — шепнул он. — Изгоняю Акади из рода Аскед.
Вспыхнула печать и на руке Акади. Женщина вздрогнула, но тут же вдохнула полной грудью. Когда она поднялась на ноги, на её лицо вернулась улыбка.
— Спасибо, — шепнула она.
— Не благодари, ни к чему. Родители заботятся о детях — так всегда было и будет. Если хочешь отблагодарить меня — позаботься о своей дочери, Акади безродная. У тебя полчаса, чтобы убраться из моего дома.
— А ты сможешь приоткрыть для меня защиту Материка?..
— Акади. — Отец с упрёком посмотрел на неё.
— Поняла…
Не было ни объятий, ни слёз. Акади бесшумно выскользнула из кабинета отца и побежала в свои покои. Полчаса ей не потребовалась. Она оделась в дорожное платье, кое-каких вещей накидала в Хранилище. Потом, подумав, сходила в комнату, которую иногда занимала её дочка, и взяла несколько её нарядов. Вот и всё… Почти всё.
Она могла отыскать Авеллу, но на это требовалось время. А где время — там и уйма других проблем. Нужно будет путешествовать. Где-то жить. Что-то есть. Вести образ жизни, к которому госпожа Акади не то что не привыкла — она о нём вообще не имела ни малейшего представления. Броситься за дочкой очертя голову было очень просто, и Акади, как маг Воздуха, была готова совершить безрассудство. Но её задержала тревожная мысль: а что если она не справится?
Подойдя к окну, Акади призвала Воздушную печать — единственную свою печать — и чётко произнесла:
— Алмосая. Акади — Алмосая.
Стекло помутнело, засветилось. Акади терпеливо ждала, понимая, что сейчас ночь, и её поступок может в принципе не увенчаться успехом, и уж во всяком случае придётся подождать. Но вот белая муть сменилась темнотой. В темноте чётко выделялось красивое личико одной из бывших её учениц.
— Госпожа Акади, — улыбнулась та.
— Госпожа Алмосая, — кивнула Акади. — Я понимаю, насколько опрометчиво с моей стороны обращаться к вам в сложившихся обстоятельствах… Но, тем не менее, я рискну. Я покидаю Материк прямо сейчас. Путь обратно мне заказан. Хочу найти дочку и помочь ей, чем смогу.
Алмосая помолчала. Ей этот разговор было непросто вести, и Акади понимала, почему.
— Мы не знаем, где она, — сказала, наконец, Алмосая.
— Разумеется. Зато это могу выяснить я. Но мне нужна защита. Попутчики. Помощь. Мне нужны друзья, наверное, правильно будет сказать так.