— Эм… Нет, — сказал я.
— Т-т-ты ув-в-верен? — Она опять задрожала, на этот раз словно бы от холода.
— Да.
— А почему т-т-ты т-так уверен?
— Ну… Неудобно о таком говорить, но… Я маг Воды и, как оказалось, могу полностью контролировать жидкости…
— Фу! Не говори такие вещи! — Авелла заговорила в полный голос, и прозвучало это неожиданно, но тон заставил меня улыбнуться.
— Ты сама спросила.
— Я больше не буду задавать таких вопросов.
Она вывернулась из-под меня, повернулась спиной. Я притянул её к себе — она не возражала. Свернулась калачиком. Я осторожно гладил её плечи, бёдра и чувствовал, как она наслаждается этими прикосновениями.
— Ты — чудо, — шёпотом сказал я.
— Правда?
— Истинная. Когда я тебя увидел впервые — так и подумал. Что ты какое-то чудо, а не человек. И ты ни разу меня не разубедила в этом.
Луна доползла до окошка, и стали видны смутные очертания. Авелла приподнимала голову, прислушиваясь.
— А Натсэ? — спросила она.
Ответить я не успел — Авелла вдруг вскрикнула и резко села в постели.
— Натсэ… — пролепетала она.
Я тоже приподнялся и увидел, что дверь в спальню раскрыта и в проёме стоит тёмная фигура. Стоит и молча на нас смотрит. Лицо тонуло во мраке. Я лишь различал длинную ночную рубашку, кажется, кружевную — и где она её только взяла? — да чёрные волосы, спадающие по плечам.
— Натсэ… — сказал я, понятия не имея, что собираюсь говорить дальше.
Она не стала слушать. Повернулась и неслышно ушла.
— Постой! — Сердце переполнила непонятная тревога. Я соскочил с постели, спешно натянул трусы. Авелла подскочила следом, завернувшись в одеяло.
Мы вышли в коридор. Я вытянул вперёд руку, заставил огонь загореться над ладонью. Стало светло. Натсэ поднималась по лестнице на третий этаж. Мы двинулись следом. Прошли мимо её спальни, раскрытой настежь и пустой. Взбежали по каменным ступеням. Натсэ уже была возле лестницы на чердак и медленно, будто плыла, а не шла, двигалась вверх.
— Нат… — Авелла вдруг повисла на мне, рукой заткнув мне рот.
— Тише! — прошипела она. — Волосы!
Я дёрнул головой, посмотрел ей в глаза.
— Что?
— У неё длинные волосы, Мортегар, — шёпотом сказала бледная, как смерть, Авелла. — Это не Натсэ…
И тут до меня дошло. Ведь и правда: у Натсэ теперь были короткие волосы, как у парня. Да и эта ночная рубашка с кружевами — не было у неё ничего такого!
Авелла пятилась, увлекая меня за собой. Я бросил взгляд вперёд, успел заметить край кружевного подола, исчезающий в проёме чердака. Ледяной холод проник когтями в самое сердце.
С грохотом обрушилась каменная крышка, и, будто это послужило сигналом, мы с Авеллой развернулись и побежали прочь.