Правда, в Донецке строились еще две домны, теперь полностью «отечественными инвесторами» — в смысле, русскими инженерами и рабочими, опыта под руководством иностранцев поднабравшиеся — но готовность новых печей даже осенью была под большим вопросом, да и доставка чугуна из Донецка в Арзамас выглядела весьма сомнительно. Поэтому на совещании, которое устроил по этому поводу Николай, Александр Христофорович выдвинул «свежую идею»:

— Мое мнение таково: вторую переплавную печь нужно разобрать и перевезти ее в Донецк. Если осенью там четыре доменных печи заработают, то ее вполне хватит чтобы весь чугун на сталь переплавлять.

— Вы забываете о нескольких мелочах, Александр Христофорович, — грустно заметил я, — печь сама по себе работать не сможет. Чтобы она работала, потребна машина воздуходувная, которую на Александровском заводе полгода делали, а чтобы сталь полученная без пользы на заводе не валялась, еще и прокатные станы нужно там поставить. То есть смысл ваше предложение безусловно имеет, то, что вы предлагаете, проделать безусловно нужно — но это с одной стороны потребует изрядных дополнительных затрат, а с другой — оставит Арзамасский завод, который тоже стране в копеечку влетел, вообще без работы.

— Но на Донецком заводе стоят две больших воздуходувных машины!

— Стоят, но для конвертера нужна совсем другая воздуходувка, высокого давления и нам потребуется… впрочем, это уже мелочи, в любом случае конвертер в Донецк можно будет только зимой перевезти, так что окажется проще и дешевле для Донецка новый заказать.

— Граф, — обратился ко мне Николай, причем без малейшей ко мне симпатии в голосе, — а вы хотите что-то иное предложить?

— Не просто хочу, а уже предлагаю. Начну с того, что уже сейчас Донецкий завод дает нам три с лишним миллиона тонн чугуна в год, а это, между прочим, треть от производства чугуна всеми прочили заводами России. А осенью, я надеюсь, будет давать уже вдвое больше. Так что нам сейчас нужно придумать как миллион пудов, которые просто лежат себе валяются возле завода и ничего не делают, быстро перевезти в Арзамас. Это непросто, но из этого чугуна будут сделаны рельсы и прочие детали, потребные для постройки железной дороги… от Арзамаса до Кулебак и Мурома, где в земле тоже хорошей руды немало.

— А где из этой руды чугун выплавлять?

— А нигде, руду можно вместе с чугуном в конвертер добавлять в малых количествах, и из ста сорока пудов залитого в конвертер чугуна получится уже не сто двадцать пудов стали, а сто двадцать восемь. Но для этого руды нужно будет сыпать по двадцать пудов на плавку — а это уже тысяча пудов в сутки, и это только на один конвертер. Так что шахты железные в Кулебаках и в Муроме весьма полезными окажутся. А миллиона пудов чугуна после переплавки как раз хватит на постройку дороги до Мурома… мост можно пока и не строить, паромом обойдемся.