Перевернул на третью часть отчёта.

Третий раздел — это было то, чего я не ожидал. Я думал, отчёт Овсянникова закончится двумя пунктами обвинения и формальной рекомендацией. Но третий раздел былотдельным, написанным Овсянниковым по собственной инициативе , и он был о другом.

Озаглавлен «Общая характеристика административного состояния городской управы Бережанска по результатам инспекции».

Полторы страницы. Я их прочёл медленно, два раза.

Овсянников писал:«Образцовое ведение трактирных книг, подтверждённое сверкой со сводными расчётами без расхождений по итогам года. Системная аккуратность секретаря Сычёва Ф. И., 41-й год службы, чьи методы внутренней дисциплины (две подписи под каждым актом, ведомости с датой подачи, внутренний выговор за просрочку) образуют ядро рабочего порядка управы. Сводная отчётность на одной странице — приём, в большинстве уездных управ Казанской губернии не встречающийся; вводит ясность в управление городским бюджетом и сокращает время рассмотрения вопросов в думских заседаниях. Городской голова П. А. Стрешнев — в обращении с подчинёнными отмечен принцип равенства, не вертикали. Что необычно для городских глав, состоящих в купеческом сословии».

В конце раздела — фраза, которую я перечёл трижды:

«Подобный порядок в уездных управах Казанской губернии в настоящее время не является нормой, но представляется заслуживающим распространения по линии губернского правления как пример».

Я положил отчёт. Допил холодный чай.

Третий раздел был тем, что Овсянников, человек двадцать второго года чиновничьей службы, мог легко не писать. Никто его не требовал. Никто не ожидал. Это былоизбыточное действие — в чиновничьем смысле невозможное, потому что чиновник этого ранга обычно пишет ровно то, что от него требуется по форме отчёта, и ни строчки больше. Овсянников нарушил это служебное правило по собственной воле. И сделал это с тем сухим канцелярским языком, который у него был родным, без эмоции, без преувеличений, ровным служебным тоном.

Это означало, чтов Казани через губернатора третий раздел уйдёт в МВД вместе с отчётом по двум пунктам. И в МВД с этим отчётом будут работать — кто-то из чиновников Департамента общих дел или Хозяйственного департамента — и они увидят там не только обычное «нарушений не выявлено», но и аналитическую рекомендацию «распространять опыт по линии губернского правления как пример».

Этовторое ослабление петербургско-казанской линии Гордеева. После закрытия первого пункта в феврале — это закрытие со знаком плюс, не нейтральное. У Гордеева через Мальцева больше нет рычага по первому направлению; теперь у него ещё и нет аргумента «бережанская управа — захолустная и сомнительная», потому что в МВД лежит казанский отчёт, прямо называющий эту управу примером.