Я вот прямо сейчас вижу, что Афанасьев проиграет всего одной артели, с которой он три года назад заключил бессрочный договор на пользование услугами артели по одному особенно сложному участку Волги. А вот с остальными никаких договоров не было. Правда, необходимо узнать, не было ли устных договорённостей, но это уже дело Ягужинского. Я туда уж точно не полезу, мне заняться есть чем.

— Полагаю, что это разумно, государь, и поначалу отпугнёт лишних людишек, но потом всё равно осмелеют, — заметил Ягужинский.

— А ты на что, Павел Иванович? Тебе и проследить, чтобы такие сволочи, порочащие моё имя, не попадались, — я закрыл отчёт уже окончательно. — Что там за наём устроил Радищев с Волконским?

— Радищев хочет своих полицейских на лошадей посадить, а Волконский согласен выбраковку из своей выводимой породы одолжить ему за умеренную плату, — Ягужинский задумался. — В защиту Никиты Фёдоровича хочу сказать, что не себе на карман те деньги нужны, а на нужды его конюшни, потому как того, что даётся государством, только-только хватает. Он уже и личные средства вкладывает потихоньку в своих битюгов обожаемых.

— И почему же не докладывает? — я удивлённо посмотрел на обер-прокурора.

— Опасается, — после секундной паузы ответил Ягужинский. — Думает, что решишь ты, государь, будто он не подходит для службы, что ты ему назначил.

— Тьфу, — я не удержался и сплюнул. — Вы меня когда-нибудь до кондрашки доведёте своими юродивыми выходками. — В ответ Ягужинский только пожал плечами. — Пущай напишет, что ему надобно и для чего, а также примерную сумму на все хотелки. А там поглядим. Ежели всё меня устроит и выбраковки не слишком нужны Никите Фёдоровичу, то взамен пущай Радищеву их так поставляет. Конюшня и у одного, и у другого на казённом обеспечении числится. А что у нас с единым судебным уложением?

Я поставил задачу перед Ягужинским, Радищевым и Ушаковым разработать нечто вроде единого уголовного и административного кодекса. А для их разработки следовало сначала довести до ума классификацию преступлений, согласно их тяжести, и предусмотренное за них наказание. Нет в какой-то степени всё это было, но почему-то не приведено до сих пор к какому-то единому знаменателю.

И им же нужно было вывести военные преступления из полномочий суда гражданского, потому как там и преступления другие, и наказания соответственные, и решение должен принимать военный трибунал, основной офис которого я планировал перевести в Петербург, чтобы полностью оградить от других подобных ему ведомств.

— Да вот пытаемся всё по полочкам, прости Господи, разложить, — Ягужинский довольным не выглядел, но хотя бы разговаривать со мной стал и даже недовольство тем или иным моим решением выказывать.