— А ты что думаешь? Может так быть? — обратился он к Вере.
— Не имеет значения. Главное — они в это верят. Такие ритуалы помогают нам не сойти с ума в безумных условиях. Они дают нам ощущение, будто мы держим под контролем нечто несоизмеримо более могущественное, чем мы. Джейсон не может остановить смерть. Никто не может, даже боги, — Вера внимательно посмотрела на Фрэнка, не сводящего глаз с мертвых. — Отвлекись. Мы принимаем вещи, как они есть: только это позволяет двигаться вперед. Думаю, мы скоро увидим кое-что похуже.
Она ушла, а Фрэнк все стоял и думал о безумной реалистичности этого мира. Взять эту сцену прощания и последних обрядов… В его мире все выглядит совсем не так, но, по сути, страшно похоже. Не в первый раз он почувствовал, сколь проницаемы барьеры между двумя мирами. Он в очередной раз посмотрел на землю и увидел край одежды, торчавший из-под груды костей умертвия. Отпихнув кости ногой, Фрэнк нагнулся и поднял руку молодого солдата, чье изувеченное тело открылось взору. Остатки темной маны не оказали большого сопротивления, и он легко оторвал один из пальцев. Мысли Фрэнка смешались. Джейсон отправил его завоевывать городки вокруг Сумеречного Трона. Придется ли ему убивать их жителей? Что наполняет цифровую жизнь этих людей смыслом? Во что они верят? Захотят ли они присоединиться к племени нежити добровольно?
Он с тоской осознал, что только теперь по-настоящему понял, во что ввязался. Пусть все это ненастоящее, но тяжесть в его душе была вполне настоящей. Убивать невинных? Джейсон убедил жителей Пеккави сделать этот шаг добровольно. Сможет ли он, Фрэнк?
Ответа не было. Фрэнк положил палец в сумку. Вера права: сейчас надо думать о другом, принимать вещи как есть, идти шаг за шагом. Следующий шаг — выяснить, откуда взялись эти твари.
Когда экспедиция закончится, руки его, возможно, будут по локоть в крови. Но там, где он может кому-нибудь помочь, он поможет. Пусть так…
Джейсон сидел в кафетерии «Cerillion Entertainment» и пытался есть с такой скоростью, будто участвовал в международных соревнованиях по скоростной еде. Недоуменные взгляды деловито закусывавших служащих его, судя по всему, не смyщали. За последние 12 часов он впервые разлогинился, и ему не давала покоя мысль, что каждая секунда здесь — это четыре секунды в игре, а времени осталось всего ничего — два дня. Тренироваться, тренироваться и еще раз тренироваться! Прошлой ночью он не спал. Но это было своеобразным спасением от безумных, темных видений, в пучину которых он проваливался в бессознательном состоянии сна. Мысль о сне напомнила ему про кофе, и он сделал большой глоток из уже четвертой чашки. Как жаль, что глупое тело не может обходиться без еды!..